Общество Ограниченной Исторической Ответственности «Саровская пустынь» в прошедшем отпускном сезоне совершило замечательную экскурсию по Горному Алтаю, радостью которой хочется с кем-нибудь поделиться. Отдельное спасибо при этом выскажем Ольге Станиславовне Урбанович, которая в прошлом году организовала поездку на Алтай своей группы, маршрут которой был нами принят за основу. В ходе прений и согласований в исходный маршрут были внесены определённые поправки – как дополнения, так и вычеты – и смотрите, что в результате получилось.

 

  1. Новосибирск

Давненько мне лично не приходилось сталкиваться, с ситуацией, когда нет билетов на поезд. Может быть, я мало езжу? С приобретением билетов «туда» мы немножко замешкались – и вот результат – пришлось соглашаться на билеты с пересадкой в Новосибирске. В ожидании поезда Новосибирск – Бийск нам предстояло провести на вокзале 4 часа, но было принято мудрое решение – два часа из четырёх посвятить экскурсии по городу, которая была организована нами заранее из Сарова.

Надо признаться, что столица Сибири не производит какого-то особого впечатления. Город это новый и интересен не своей исторической архитектурой, которой нет, а своим современным значением.

История города началась в конце XIX века с железнодорожного моста через Обь. Новосибирцы так и говорят: «Наш отец — мост, мать — железная дорога». Вот новый мост в центре города, по которому проехали и мы. При этом старый мост частично сохранён как достопримечательность.

У нас полюбили сейчас ставить памятники князьям и императорам. Памятники Александру III, при правлении которого строилась железная дорога, теперь стоят по всему Транссибу. Не избежал этой участи и Новосибирск.

А, в принципе, то, что Алтай для нас начался с Новосибирска, даже имеет своё оправдание, потом мы это поняли.

 

  1. Алтайский край: Бийск и Сростки

Когда-то на карте СССР существовал Алтайский край со столицей в Барнауле, в состав которого входила Горно-Алтайская автономная область (собственно, только такие регионы, в состав которых входили национальные области, и носили названия краёв). Теперь Горно-Алтайская область обрела «независимость», стала самостоятельным субъектом федерации и получила название Республика Алтай. Таким образом, Алтаев теперь два: Алтайский край и Республика Алтай со столицей в Горно-Алтайске. Это вносит географическую путаницу, потому что каждый из этих регионов кто-то может называть просто «Алтай». Существенное их отличие в том, что Алтайский край — это в основном равнинная часть прежнего советского Алтая, населённая русскими, а Республика Алтай — горы, населенные алтайцами — тюркским народом.

Наш маршрут начался ранним утром на перроне вокзала в Бийске. Поезд прибыл на станцию назначения по расписанию в 7:41, — не могли уж поторопиться и сделать как в песне «семь — сорок»… Из вагона параллельно выгрузились два коллектива: какие-то военные новобранцы, которых встретил офицер, и мы, которых встречала гид Ирина (на фото в красной куртке), на ближайшие 10 дней ставшая нам родной матерью.

Ирина оказалась интересным человеком. Молодая девушка жила себе на Южном Урале, имела хорошую работу и должность, но — попала на Алтай, и «заболела Алтаем». Через некоторое время встретила там молодого человека, ставшего её мужем, переехала жить поближе — в Новосибирск и сейчас занимается тем, что знакомит с Алтаем других людей, причём делает это хорошо.

Вместе с гидом к нам был прикреплён минивэн с шофёром. Первым экскурсионным объектом на нашем пути стало село Сростки — родина В.М. Шукшина. Сейчас это имя немного не на слуху, но для людей нашего поколения книги и фильмы Шукшина значили многое. Дом, в котором родился Василий Макарович, в Сростках не сохранился, и музей расположен в старом деревянном здании школы, в которой он учился и — как оказалось — даже недолго работал учителем.

Калина ко времени нашего приезда на Алтае ещё не покраснела, а вот рябина — как раз.

            В Сростках есть ещё один памятник Шукшину, более известный, на котором он изображён сидящим (по фотографии Анатолия Заболоцкого). Этот памятник роднит с памятником Серафиму Саровскому в нашем городе не только авторство В. Клыкова, но и замысел скульптора, по которому статуя размещена не в самом доступном для людей месте. Так, наш Серафим поставлен в лесу на Дальней пустынке, а Шукшин — на высокой горе, к которой нет подъезда, и туда можно только дойти пешком. В общем, этот известный памятник мы увидели только издали.

 

  1. Манжерок

На границе двух алтайских субъектов федерации — остановка. В этом месте река Катунь близко подходит к шоссе и установлен памятный знак. Уже отчётливо видны горы.

            Вот наша дружная группа на фоне Катуни.

            Рядом с пограничной стелой притулилась небольшая скульптура — «памятник туристу», и мы неожиданно поняли, что его прототипом послужил член нашей команды Николай Малышев!

            Мы знаем, что заслуги Николая Петровича перед отечественным туризмом весьма велики, но то, что об этом известно в республике Алтай, стало для нас сюрпризом.

 

«Расскажи ты мне дружё-ок, Что такое Манжерок, — задорно пела неподражаемая Эдита Пьеха во времена моего детства, — Может это островок, Может это городок». Слушая эту песню, я представлял тогда Манжерок где-нибудь на Чёрном море, возможно даже за границей. Оказалось, что Манжерок — это озеро на Алтае, возле которого был проведён фестиваль советско — монгольской дружбы, а незатейливая песенка благодаря Пьехе стала знаменита.

Сейчас Манжерок — это курорт. Преимущественно горнолыжный, но популярный и летом. Вообще, Горный Алтай — очень посещаемый курортный район, в основном жителями крупных городов Западной Сибири (Новосибирск, Кемерово, Омск, Барнаул). Для них он играет такую же роль, как для нас, наверное, Крым. Понятно, что сравнение хромает — тут нет тёплого моря — но общего много. Главное — в отличие от настоящего Крыма или Кавказа — Алтай по отношению к этим городским центрам находится в пределах досягаемости (примерно день езды на машине), притом направление — на юг. На Алтае машины с новосибирскими номерами встречаются чуть ли не чаще, чем с местными. Соответственно, развивается туристская инфраструктура: сувенирка, развлечения, гостиницы, общественное питание и т.д. Но развитие это кажется хаотичным. Пляжное катание на бананах и ватрушках здесь заменяет сплав на рафтах по Катуни — сплавиться можно из любой точки, плати только деньги.

            В Манжероке у нас был запланирован подъём на канатно-кресельной дороге, но, подойдя к нижнему пункту подъёмника, мы увидели вот что:

            Это была очередь на подъёмник, часа на два. Мы махнули на подъёмник рукой, а деньги, сэкономленные на этом, потом нам пригодились.

 

  1. Чемал и окрестности

На Алтае не дороги и не шоссе — тут тракты. К посёлку Чемал ведёт, соответственно, Чемальский тракт. Тракт идёт вдоль красавицы Катуни, которая течёт среди пока не очень высоких, но уже гор.

У меня создалось впечатление, что Чемал — это своеобразный центр местного отдыха. За каждым поворотом — или сувенирный рынок, или турбаза, или харчевня.

Продолжая сравнение, Чемал — это такой алтайский Судак. На сотни метров выстроились вдоль туристских троп ларьки с чебуреками, силомерами, магнитиками, алтайским мёдом и алтайскими травами. И если насчёт алтайских целебных трав сомнений у меня нет — тут трава растёт везде и вся она производит впечатление целебной, то про мёд такого сказать я не могу. Алтайский мёд — популярный бренд, и мы, конечно, спросили у нашего гида, где можно его купить так, чтобы не проколоться. Ирина подвела нас к одному проверенному продавцу, который на наши расспросы честно признался, что мёд не горный, а с равнины, и основной взяток был с василька — сорняка хлебных полей. Наверное, честный алтайский горный мёд где-то существует, но в таких количествах, в каких он продаётся и на Алтае, и по всей России — матушке, он тут явно не производится. И, кроме того, если ты честный пчеловод, то зачем тебе продавать непонятный мёд зелёного или розового цвета, который можно тут встретить на любом рынке?

В Чемале есть даже колесо обозрения.

Нам крупно повезло с погодой, стояли жаркие солнечные дни, что усиливало сравнение с Европейским Югом. В ледяной Катуни можно было искупаться, но из нас никто не рискнул. А сибирякам хоть бы хны.

В Чемале очень красиво. На крохотном островке на Катуни расположена небольшая церквушка. Место называется Патмос — воспоминание об одноименном острове Эгейского моря, на котором жил святой Иоанн Богослов.

В Чемале у нас был запланирован первый ночлег. Об алтайских гостиницах хочется высказаться особо. Вот вроде бы хорошие комнаты, удобства все на месте, но — как в известной юмореске Аркадия Райкина — чего-то всегда не хватает. Нет розеток в номерах. Везде они уже есть, даже на верхних полках плацкартных вагонов. А тут — не сделали. Или такая мелочь, как крючок для полотенца в ванной. Отлично — выдали полотенца — но повесить их в ванной не на что. Человеку, строившему гостиницу, это просто не пришло в голову.

В целом надо добавить, что если по части туристской инфраструктуры и сервиса Алтай и напоминает наш Юг, то Юг, каким он был лет 20 назад.

 

На следующий день нас повезли в деревню Аскат, которая тут считается местообитанием ремесленников и средоточием национального духа. Всё это оказалось на поверку туристическим аттракционом, но аттракционом приятным. Нас усаживали на мягкие ковры, заставляли дуть в разные музыкальные инструменты, не имеющие, впрочем, никакого отношения к алтайской традиционной культуре, показывали поющие тибетские чаши, предлагали купить изделия разных рукодельных людей.

Актуальная вещь — шаманский бубен.

В целом надо сказать, что Чемал и его окрестности — это место, куда люди приезжают отдыхать. И этим людям надо предоставить возможность как-то проводить своё время, что-то поесть и увезти отсюда к себе в Новосибирск какие-то сувениры.

На осмотр остальных «достопримечательностей» Аската нам было предоставлено полтора часа, но мы управились за вдвое меньшее время.

 

  1. Онгудай. — Каракольская долина

Нам предстоял переезд с Чемальского тракта на Чуйский. Чуйский тракт — легендарная дорога, по разным рейтингам считающаяся одной из красивейших дорог в мире, и теперь мы будем двигаться по Чуйскому тракту в течение нескольких ближайших дней.

Исторически Чуйский тракт начинался в городе Бийске и шёл далее по долинам рек Катуни и её притока Чуи в Монголию, откуда уже можно было попасть в Китай. Но поскольку сейчас Чуйский тракт — известный туристический бренд, его пытаются удлинить. Сейчас некоторые начинают считать его уже от Новосибирска. Это как с Золотым Кольцом, в которое первоначально входило 5 городов, а потом, когда название получило известность, к Золотому Кольцу стали причислять себя чуть ли не половина городов Нечерноземья.

Пришла пора показать карту всего нашего маршрута.

По дороге проезжаем Семинский перевал (1717 м над уровнем моря). Как и большинство перевалов на нашем пути, Семинский оккупирован сувенирным рынком. Тут правило такое: чем ближе Монголия, тем ниже цены, поскольку своего производства на Алтае практически нет. Даже жалко, что мне на рынке ничего не нужно. Семинский перевал считается условной этнической границей: за ним население преимущественно алтайское, до него алтайцы сильно смешаны с русскими.

Во второй половине дня прибываем в районный центр — посёлок Онгудай и заселяемся в гостиницу «Барская усадьба». Гостиница благоустроенная — чем вам не Юг!

На следующий день нам предстояла экскурсия в Каракольскую долину, известную своими археологическими памятниками.

Алтай в древности занимал важное место в жизни многих кочевых народов. Он считается родиной тюрков, здесь прошли сарматы, скифы, гунны. И действительно, не жить в этих благословенных местах — это дураком остаться. Каракольская долина известна памятниками каменного века, скифского времени, особое место занимает во многом ещё непонятная каракольская археологическая культура, представители которой хоронили своих людей в каменных ящиках — саркофагах, расписанных фантастическими антропоморфными изображениями.

По Каракольской долине нас сопровождала экскурсовод — сотрудница расположенного в долине природного парка «Уч-Энмек» (это название одной из окружающих долину гор). Места тут красоты дивной.

Встречаются курганы скифского времени (некоторые из них раскопаны, некоторые разграблены в древности). Сейчас они выглядят как кучи камней, а когда-то под ними лежали владетели этих мест.

В полях стоят менгиры.

Кто-то когда-то ровными рядами расставил эти камни и не сказал зачем.

Здесь же на скалах мы увидели петроглифы — выбитые на камнях рисунки. Но более подробный рассказ об алтайских петроглифах у нас впереди.

На вершине скалы поставлен так называемый «памятник суслику», довольно оригинальный. Дело в том, что во время Великой отечественной войны местное население выживало, питаясь этими мелкими грызунами, охота на которых стала вопросом жизни и смерти. Лицо человека, держащего на руках зверька, сделано в виде зеркала, и каждый может в него посмотреться, как бы примеряя на себя судьбу живших тогда алтайцев.

Потомки сусликов, которых тогда не съели, во множестве бегают вокруг, но сфотографировать их толком не удалось. Видно, произошёл жёсткий отбор на шустрость.

По окончании полевой части экскурсии нас привезли обратно в центр «Уч-Энмек», где в условиях, максимально приближенным к этническим нас должны были накормить обедом из блюд алтайской традиционной кухни. Происходило это действо в традиционном алтайском жилище — аиле. Вот так выглядит типичный аил.

Жилище алтайца сейчас, как правило, состоит из двух частей: обычный, более-менее похожий на русский деревянный дом, а рядом с домом во дворе стоит этот самый аил — четырёх-, шести- или восьмигранный деревянный низкий сруб с высокой пирамидальной крышей. В аил алтайцы переселяются летом или устраивают там летнюю кухню, по крайней мере, так нам о его назначении рассказывали. Чтобы зайти в аил, надо низко наклониться — дверь в нём низкая, как в кочевнической юрте.

Стол в аиле был накрыт скотоводческими яствами.

Тут были два вида сыра (простой и копчёный), кровяная колбаса, боорсаки (жареные во фритюре тестяные шарики), кумыс, ячменный суп. В стопках — местный алкогольный напиток — некрепкий самогон из сброженного молока (пить можно, но аромат специфический). Всё очень интересно, но не для наших желудков. В общем, мы не съели и трети предложенных блюд и встали из-за стола голодными. Если, например, жареные бараньи кишки пошли нормально, то поджаренную ячменную муку мы только попробовали на язык, а ведь это одно из основных блюд скотоводческого рациона. Вывод: для туристов национальную еду надо адаптировать, а то много не съешь. Но мы всё равно очень благодарны нашим хозяевам за то, что смогли попробовать это всё в натуре. (В посёлке потом мы зашли в магазин, я купил там большую сдобную булку и сжевал её, не отходя от магазина).

После обеда нам была приготовлена встреча с местным мастером горлового пения, специально приехавшим для этого из другого села. Музыкант оказался приятным молодым человеком, по профессии — учителем музыки. Горловое пение в его исполнении неожиданно произвело на меня сильное впечатление. Мне всегда казалось, что для того, чтобы извлекать такие звуки, музыканты вставляют себе в рот какое-то особое устройство. Оказалось — ничего подобного, устройства нет. Фантастический звук рождается совершенно непонятно как, при этом есть несколько его регистров. Музыкант держался с нами очень естественно, концерт проходил в форме дружеской беседы.

А вокруг — горы, и над нами кружит орёл. И при этом — ни одного ларька и нет толп отдыхающих.

 

  1. Чуйский тракт

После второй ночёвки в Онгудае пора двигаться по Чуйскому тракту дальше. Первая остановка — на перевале Чике-Таман. Тут традиционная сувенирная барахолка и великолепные видовые точки.

Здесь же поставлен памятник строителям Чуйского тракта.

Тракт строился в 1930-е годы в основном силами заключённых. Современная дорога была проложена уже в 1980-е годы, и если немного отойти в сторону, то кое-где видно, каким был Чуйский тракт до этого.

И как тут ездили тяжёлые грузовые машины?

Через некоторое время тракт опять выходит к Катуни.

А скоро мы попадаем ещё в одно красивейшее место — где Чуя впадает в Катунь.

Мутные воды Чуи впадают в голубую Катунь и ещё долгое время эти воды текут рядом, почти не перемешиваясь. При этом, поскольку скорости потоков отличаются, на границе возникает неустойчивость, похожая на те, которые так любят исследовать наши газодинамики.

В одном из советских фильмов (который я не смотрел) звучит песня про Чуйский тракт (которую я не слышал). В песне рассказывается романтическая история о том, как один шофёр на тракте полюбил девушку, которая тоже работала шофёром. При этом коварная девушка сказала, что выйдет замуж только за того, кто её на Чуйском тракте обгонит. Герой песни девушку обогнал, но — или не справился с управлением, или не учёл состояние дорожного покрытия — улетел вместе с грузовиком в пропасть. В общем… все не умерли, но кончилась история печально. На тему этой песни поставлен на тракте памятник с настоящими автомобилями того героического времени на постаментах.

Водопад Ширлак тоже находится у Чуйского тракта. Единственный его недостаток — надо к нему высоко карабкаться.

  1. Петроглифы Калбак-Таш

Недалеко за местом впадения Чуи в Катунь находиться урочище Калбак-Таш, знаменитое своими наскальными изображениями под открытым небом. Этих изображений — петроглифов здесь сотни, если не тысячи, делали их обитатели Алтая и в каменном веке, и в эпоху раннего металла. Учёные до сих пор спорят о том, зачем сделаны эти рисунки: может, это охотничья магия, а, может, в них заложен ещё какой-нибудь смысл. В общем, тут можно долго ходить, пытаясь понять, что хотели выразить древние художники.

Вот олень.

А вот уже два оленя.

Много оленей.

Инопланетянин? Или просто человек надел странную шапку?

А вот сверху подкрался страшный зверь.

Иногда стоит оторвать взгляд от камней и посмотреть на красоту вокруг.

  1. Акташ. — Панорама Северо-Чуйского хребта

Гостиница «Расул» в посёлке Акташ стала нашим домом на следующие два дня.

Пожарное ведро можно приспособить для отмачивания этикеток с пивных бутылок.

Но нет. Только варенец! Только ЗОЖ!!!

Утром следующего дня мы выехали дальше по Чуйскому тракту. И не могли не остановиться в месте, где открылась панорама Северо-Чуйского хребта. Описывать вид словами или размещать десятки фотографий бессмысленно — это надо видеть.

К сожалению, в этом месте группу постигло несчастье — одна из участниц путешествия сломала руку. Произошло это в безобидной, казалось, ситуации, но происшествие лишний раз напомнило, что даже такая матрасная экскурсия требует осторожности.

 

  1. Кош-Агач

Форс-мажорная ситуация потребовала корректировки программы, и мы спешно отправились в ближайший районный центр — посёлок Кош-Агач.

Чем выше мы забирались в горы, тем дальше отступали от тракта хребты, и, в конце концов, мы оказались посередине большого степного пространства (оно так и называется – Чуйская степь). В этой степи издавна живут степные кочевники — казахи, т.е. Кош-Агачский район по национальному составу казахский. На это указывает и новенькая мечеть, а в других местах Горного Алтая мечетей нет, алтайцы — язычники.

Пока нашей пострадавшей оказывали помощь в новенькой районной больнице, остальные члены группы посетили монгольский шерстяной рынок (до Монголии тут несколько десятков километров). Кто-то себе даже что-то купил.

  1. Алтайский Марс

Когда все медицинские вопросы были решены, группа продолжила выполнение экскурсионной программы. В посёлке Чаган-Узун нам предстояло пересесть с комфортабельного минивэна в видавший виды УАЗик, чтобы несколько километров по «направлению» проехать до места, которое называется «Марс». Здесь красивые разноцветные холмы, и кто-то посчитал, что именно так должны выглядеть пейзажи «красной планеты».

Судя по надписи на нашем УАЗике, где-то поблизости есть ещё один «Марс», а заодно и «Луна», но там мы не побывали.

  1. Гейзерное озеро

Ещё одно проявление топонимического фантазёрства — Гейзерное озеро. К вулканической деятельности оно отношения не имеет, но объект интересный. Небольшое озерцо наполнено кристально прозрачной водой, а на дне его «живут» выходы какого-то синего ила и чего-то ещё, что образует фантастические узоры в виде кругов, разводов и пр.

Подход к Гейзерному озеру тоже очень красив.

  1. Красные ворота. — Улаганское нагорье. — Пазырыкские курганы

На следующий день нам предстояло расставание с Чуйским трактом и переезд в долину реки Чулышман. Тут-то и закончился асфальт. Улаганский тракт не имеет асфальтового покрытия, зато он тоже удивительно красив. Первая остановка в нашем пути на север — так называемые Красные ворота — пролом в скале соответствующего цвета, через который проложена дорога.

Мы проехали мимо доброго десятка озёр, каждое из которых красиво по-своему.

Озеро Уч-Кёль.

Озеро Киделю.

Можно бесконечно сидеть и любоваться этой красотой.

А так здесь готовят местные деликатесы.

Перекатившись через Улаганский перевал — самую высокую точку нашего маршрута (2080 м) и пообедав в посёлке Улаган, мы подъехали к знаменитым Пазырыкским курганам. В V веке до нашей эры они были насыпаны кочевниками — скифами или их близкими родственниками. Курганы дали обильный материал археологии, в них были найдены захоронения непростых люди со всем их имуществом, конями, колесницами, чадами и домочадцами. И с золотом, которое сейчас хранится в Эрмитаже.

  1. Перевал Кату-Ярык

Нам предстояло расставание с удобным минивэном на мягких рессорах. Мы подъехали к долине Чулышмана, куда машина может съехать по серпантину, а вот подняться оттуда может уже не каждая. Там, на глубине 600 метров виднеются маленькие домики — это турбаза «Кату-Ярык», где нам предстояло жить и куда нам надо как-то спуститься.

Каждая туристка обязана сфотографироваться на фоне этой красоты.

По плану мы должны были нанять машину — вездеход, которая повезла бы наш багаж, а самим предстояло спуститься пешком. Но у нас были денежные средства, сэкономленные на подъёмнике в Манжероке, джип сделал дополнительный рейс и заодно с багажом перевез вниз нас.

  1. Чулышман. — Водопад Куркуре

Два дня нам предстояло прожить на базе «Кату-Ярык». Здесь нет не только асфальта, но и сотовой связи, и горячей воды. Электричество от генератора подается несколько часов в день, туалеты и умывалки — «на территории», как в пионерлагерях нашего советского детства. «Зато здесь настоящий Алтай», — говорит наш гид Ирина. С этим трудно не согласиться.

            Жить нас направили в «аилы». Всё в них хорошо, только при входе приходится сильно нагибаться, что в моём возрасте уже хочется делать пореже.

На базе не выдают полотенца. Простыни и наволочки есть, полотенец нет. Зато, — говорят, — за день берут только 500 рублей. — ОК, я готов отдать 550, но чтобы не везти полотенце ради этих двух дней через пол-России. И вообще, есть люди, которые, услышав об уровне сервиса, отказываются сюда ехать. Наверное, при современном состоянии технологии можно везде сделать и автономное электроснабжение, и воду подогреть. Пускай это будет стоить не 500, а 1500 за день — на выбор. Но, говорят, что без горячей воды тут абсолютно все турбазы, более дорогой сегмент рынка здесь не занят.

Желающие отправились на сплав по реке на рафте. А я остался отдыхать на берегу. Жара! Я даже залезал в реку, хотя она быстрая и холодная — градусов 15.

Отсутствие горячей воды восполнила горячо натопленная баня. С банями на Алтае полный порядок.

На следующий день мы прогулялись до водопада Куркуре. Это несколько километров вверх по Чулышману.

Это, пожалуй, самый красивый и мощный из виденных нами на Алтае водопадов.

  1. Каменные грибы

Девятый день на Алтае. Нам предстоит переезд к Телецкому озеру. Дорога плохая, причём, чем ближе к озеру, тем хуже. Нас везут два УАЗа — «буханки»: в одном едем мы, в другом наш багаж.

Примерно через час езды — очередной экскурсионный объект, так называемые «каменные грибы», они на другом берегу Чулышмана. К грибам надо подниматься в гору, примерно метров 200 вверх. Зато оттуда отличные виды. Сами же грибы представляют собой необычные фигуры выветривания: рыхлая скала под плотной «шляпкой» — валуном сохраняется в виде тонкой «ножки».

  1. Телецкое озеро

Чулышман, вдоль которого мы ехали долго, наконец, впал в Телецкое озеро. Дальше нам предстоит путь на катере, который прокатит нас вдоль всего озера с самой южной его точки до самой северной. А это 80 км.

Телецкое озеро потрясающе красиво и напоминает Байкал в миниатюре. Напоминает скалистыми покрытыми лесом берегами, безлюдьем, чистейшей водой, которую можно пить. По озеру мы плыли не торопясь, останавливаясь в красивых местах, где можно было насладиться первозданной тишиной и пособирать красивые камешки.

Единственное оживлённое место в середине озера — водопад Корбу. Тут есть и ларьки, и кафе и люди.

Мне сказали, что это хариус. Я поверил, и он был вкусный.

Долго ли коротко длилось плавание, но мы оказались в самом конце Телецкого озера, который уже обитаем. На обоих берегах озера расположились два посёлка – Артыбаш и Иогач. Посёлки соединяет мост, выше моста считается ещё озеро, ниже моста – река Бия (которая, соединяясь потом с Катунью, образует Обь; если представить себе Телецкое озеро в виде перевёрнутого сапога, то устье Чулышмана это верх голенища, а Артыбаш — носок). Мы заселились в гостиницу «Артыбаш», расположенную в первом из посёлков (раз уж я взялся оценивать уровень сервиса, то скажу: гостиница хорошая).

Справа Артыбаш, слева Иогач.

По сути дела это курортно-дачные посёлки. Здесь опять начинаются асфальт, сотовая связь и прочая цивилизация.

Весь следующий день по плану должен был быть посвящён осмотру Телецкого озера. И тут погода – единственный раз! – нас немного подвела. Пошёл дождик. Я написал «немного», потому что в плавание мы всё равно вышли, и было всё равно красиво. Мы даже искупались, пожалев, что не сделали это накануне.

В завершение экскурсионного дня нам ещё была предложена экскурсия в небольшой этнографический центр в Артыбаше.

 

  1. Горно-Алтайск. Укокская принцесса.

Планируя поездку, мы вспомнили про нашумевшую в своё время историю с мумией «алтайской принцессы», обнаруженной археологами в 1993 году на горном плато Укок и объявленной чуть не святой местными религиозными активистами. Конечно, нам хотелось взглянуть на эту знаменитую мумию. Хранится она в музее Горно-Алтайска, но посетителям показывают её всего несколько дней в месяц (это как-то связано с лунным календарём). Чтобы попасть в музей в нужный момент, мы даже сдвинули на один день всю программу поездки.

И вот долгожданная встреча. Во-первых, музей в Горно-Алтайске хорош и его стоит посетить, даже если Принцессу не демонстрируют. Сама же Принцесса оказалась на удивление высокой (почти с меня ростом), больше ничего про неё говорить не буду, а фотографии её есть в Сети. Возраст захоронения, имевшего такой резонанс в прессе спустя две с половиной тысячи лет, — тот же, что и у Пазырыкских курганов, а похороненная женщина принадлежала к знати пазырыкской археологической культуры. При этом некоторые местные активисты продолжают считать, что она сторожит врата в нижний мир.

 

Мгновения… Конечно, их было больше 17-ти, но таким нехитрым приёмом мне захотелось подчеркнуть те из них, которые показались — наверняка субъективно — красивее и интереснее.

Есть расхожая мысль, что к востоку от Урала более всего стоит посетить три места: Камчатку, Байкал и Алтай. «Саровская пустынь» выполнила этот норматив.

 

Использованы фотографии В. Ганькина, А. Демидова, И. Лукьянцевой и А. Подурца

Просмотров: 336

К этой записи 13 комментариев

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Великолепно, Алексей Михайлович, аж сердце «заныло» — хочу обратно на АЛТАЙ! 🙂

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Я насчитал всего 95 фото — на мой взгляд «маловато будет»…

    Я бы «дал больше»! 🙂

  • Валерий Валерий:

    Недурственный материал получился. Но есть несколько мелких пожеланий.
    1) Выделить более крупным шрифтом заголовки, а то они сливаются с остальным текстом.
    2) «Во первЫх строках письма» заключить в скобки или как-то ещё обозначить твой юмор в названии нашего исторического объединения — не все его поймут и могут принять за чистую монету.
    3) Добавить, что в Бийске нас встретила не только Ирина, но и микроавтобус — а то непонятно, что мы ездили на нём, а не на Ирине.
    4) Заценить попробованную нами маралятину да и вообще повседневное питание на маршруте — думаю, это тоже многих интересует.
    P.S. Чем больше времени проходит после поездки на Алтай, тем больше осознаёшь её значение.

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Как человек, который ел НАСТОЯЩЕГО МАРАЛА, могу со всей ответственностью заявить, что нам скормили «обыкновенную говядину» специальным способом приготовленную… 🙂

    Как потом смеялись в группе мы ели обыкновенного «амарала»… 🙂

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    НОВОСИБИРСК требует ОТДЕЛЬНОГО хорошего ФОТОРЕПОРТАЖА! 🙂

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Юмор то, конечно, хорошо но…
    Цитата:
    «Общество Ограниченной Исторической Ответственности «Саровская пустынь» в прошедшем отпускном сезоне совершило замечательную экскурсию по Горному Алтаю, радостью которой хочется с кем-нибудь поделиться».

    Общественное историческое объединение «Саровская Пустынь» «хочет поделиться» информацией с НАРОДОМ, посещающим наш СУПЕРСАЙТ! 🙂

  • Natalia:

    Лёша, спасибо большое за интересную, содержательную экскурсию по Алтаю! Я в восторге от художественного текста и от твоего юмора! Жаль, что меня с вами не было. Норматив я не выполнила.

    1. А. М. Подурец А. М. Подурец:

      Если ещё куда соберёмся, тебя звать?

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Надо сделать отдельный репортаж «Саров — Алтай — связь ПАМЯТНИКОВ».

    Вячеслав КЛЫКОВ НАВСЕГДА связал нас с АЛТАЕМ…

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Было ОШИБКОЙ не побывать у памятника Шукшину в Сростках… 🙁

  • В.Ф.Кузнецова:

    Леша, спасибо за Алтай! Мне приходилось там бывать дважды; то были сложные категорийные походы, и, несмотря на то, что после этого прошло более 20 лет, воспоминания, особенно о природе этого края, живы в памяти.
    Но меня очень огорчило твое впечатление о Новосибирске. Могу с полной уверенностью сказать, что вам, либо не повезло на экскурсовода, либо времени не хватило. А как же сохранившийся старый уютный райончик возле Оби, с которого начинался Ново-Николаевск (улицы Каинская, Колыванская)? Дореволюционная среда Новониколаевска очень хорошо сохранилась и представлена деревянным и каменным зодчеством на улицах Коммунистической, Чаплыгина, Горького и т.д. Многие деревянные дома, с мезонинами и башенками, в кружевной резьбе наличников и карнизов, словно перенесены из Томска. Только чтобы познакомиться со зданиями, возведенными по проекту А.Крячкова, самобытного сибирского архитектора, много лет проработавшего до Ново-Николаевска в Томске и прославившего его своими изумительными зданиями, надо 1-2 дня, не меньше. Андрей Крячков работал как до, так и после революции в Ново-Николаевске в стиле модерн и конструктивизм. Благодарные потомки поставили А.Крячкову памятник в центре города. Об архитектуре Новосибирска можно очень много рассказать. У меня даже «руки зачесались» от желания это сделать. В начале этого года с группой проекта «Неизвестная провинция» мы побывали в Томске и Новосибирске, знакомились с исторической и современной архитектурой этих городов, и хочу сказать, что это те города, где к исторической застройке особое отношение, что может быть примером для других городов, где со стариной расправляются, что называется, на раз-два.

    1. А. М. Подурец А. М. Подурец:

      Валя, ничего из перечисленного тобой нам не показали. Отсюда, наверное, и впечатление.

  • Ткачёв К. И.:

    Правильнее будет написать: «Тракт строился в 1930-х годах … в 1980-х …»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>