Faber est suae quisque fortunae (лат.) – каждый сам кузнец своей судьбы (своего счастья) – Аппий Клавдий, римский писатель

 

В феврале 1972 года мы защитили дипломы в МВТУ им. Н.Э. Баумана, на кафедре Механического оборудования автоматических установок Конструкторско-механического факультета. Получили квалификацию «инженер-механик» по стартовым системам ракетных установок, в т.ч. космических. В нашей группе К-1 было всего трое иногородних, остальные москвичи. Владимир Л. из Ставрополя, Александр К. из Ташкента и я из г. Кирсанова, что на Тамбовщине. В те годы существовало так называемое «распределение». Все москвичи, имея прописку в Москве, «втихаря» договорились с профильными московскими предприятиями («почтовыми ящиками») и в комиссию по распределению на них пришли заявки. Александр К. распределился на родину в г. Ташкент в космическую фирму — филиал «Конструкторского бюро общего машиностроения», т. к. во времена СССР в Узбекской республике сия отрасль имела место быть. Мы с Владимиром остались бесхозными. Наши отцы — руководители на кафедре и факультете ломали свои умные головы, не зная, что с нами делать, куда направить. И тут на их счастье на факультет пришел бывший выпускник МВТУ им. Н.Э. Баумана, командированный по своим делам в Москву, Владимир Ильич из г. Азамаса-16, которого тамошний отдел кадров попросил зайти в родную альма матер и сагитировать двух молодых специалистов на работу конструкторами во ВНИИЭФ (Всесоюзный Научно Исследовательский Институт Экспериментальной Физики). На факультете представителю из Арзамаса-16 очень обрадовались, сказав, что у нас как раз есть двое толковых молодых спецов, один вообще с «красным» дипломом (Володя), другой учился на «4» «5», а на старших курсах только на «отлично» и которые в настоящее время «не у дел». Нам с Владимиром устроили встречу с Владимиром Ильичом для беседы, сказав, что это представитель Минсредмаша (Министерство Среднего машиностроения), а нашим распределением занималось Министерство Общего машиностроения. На нашей встрече представитель Минсредмаша практически ни на один наш вопрос из соображений секретности не ответил: «Куда едем?» — «В город» — «Как называется?» — «Не скажу». Это уж потом наши шепнули, что этот закрытый город называется Арзамас-16, а предприятие очень секретное. Что стало абсолютным откровением для нас с Владимиром, поскольку мы не только никогда не слышали о таком городе, но даже и не подозревали о наличии подобных городов в СССР. «Далеко от Москвы? Сколько километров?» — «Недалеко. Не скажу» — «Кем будем работать, какой оклад?» — «Младшими инженерами-конструкторами, оклад не скажу, но выше, чем в среднем по СССР» — «Почему не интересуетесь, какие предметы мы изучали?» — «Мне не важна конкретика, главное, у вас есть база для работы конструкторами, а специфике всё равно будем вас учить заново» — «Где будем жить?» — «В общежитии, женитесь, дадим квартиры» и т. д. В общем, мы с другом, согласились заполнить специальную анкету с массой вопросов, «в тёмную» выбрав свою дальнейшую судьбу. Как говорится: «На безрыбье и …».

После того, как мы дали свое согласие на работу, нам назвали адрес представительства организации в Москве и, когда мы туда явились, там серьёзный человек сказал, что надо ехать с Казанского вокзала, назвал номер кассы, номер поезда и объяснил, что при покупке билета, вместо пункта следования говорить «до конца». Нам выдали «подъёмные» в размере месячного оклада профессора МВТУ, мы поехали на вокзал и там приобрели билеты. В предпоследний вечер перед отъездом мы встретились с Владимиром и он сказал, что днём был на нашей кафедре, встретился с зам. заведующего кафедрой профессором, д.т.н. Бобровниковым Геннадием Николаевичем, который ему предложил поступить в аспирантуру МВТУ. Дело в том, что нам обоим кафедра и факультет дали характеристики — рекомендации для поступления в аспирантуру, а у Владимира был диплом с отличием. Владимиру объяснили, что придётся сдать два вступительных экзамена в аспирантуру: по специальности и по иностранному языку: «Москвичей с красным дипломом берём без экзаменов, а поскольку ты иногородний, прописки нет, должно быть основание». Кроме того, необходимо решить вопрос со своим распределением в Минсредмаш. На всё про всё, вместе с подготовкой к экзаменам, дали только 10 дней. Владимир сообщил, что в разговоре с Бобровниковым Г.Н. он договорился и о втором месте в аспирантуру для меня. “Слава, давай вместе!”. На что я сказал, нет, Володя, поступать в аспирантуру не буду, так как с экзаменом по специальности проблем нет, а вот английский не потяну. Так вместо того, чтобы ехать в секретный город вдвоём с другом, я остался в одиночестве. По поводу английского надо остановиться поподробнее. Язык этот почему-то не любил ещё со школы. На его уроках вместе с другом Колей мы решали задачи по физике. Как-то в выпускном десятом молоденькая учительница, которая конечно всё видела, сказала: «Войнов, ты у меня не получишь «5» на экзамене, не будет у тебя золотой медали, на  что я по мальчишески отвечал: «Ну и нужна мне Ваша медаль!». «Да, — говорит, — твой отец лучший друг директора школы, и как тот позволит поставить тебе не отлично».

На экзамене в школе мне повезло, достался лёгкий билет и я объективно получил на экзамене «5». Эту же порочную практику с иностранным  продолжил и в вузе. Нашу группу «англичан» вела обаятельнейшая женщина средних лет Инесса Николаевна.  Все ребята готовились к занятиям, лишь я, по-прежнему манкировал, валял дурака. Даже рекомендованные учебники не брал в библиотеке, но чем-то  Инессе Николаевне  импонировал, и она всё спускала на тормозах, ставили мне зачёты в семестрах. А на третьем курсе экзамен по языку, должна принимать госкомиссия. На экзамене выскочил сдавать первым, практически без подготовки: «Напором возьму!». На других экзаменах, как правило, такое проходило. Но здесь «Бог шельму метит». Комиссия попалась умненькая. Раз мне дополнительный вопрос. Я сел. Второй — ноль. И пошло… Раскрутили всю цепочку моего незнания предмета. Выскочил из аудитории весь красный. Себя не помню. Комиссия осталась совещаться. Только где-то через полчаса вышла моя англичанка, бледная. Срывающимся голосом говорит: «Dear Slava (милый Слава — англ.), я еле-еле «тройку» вам отстояла». И накрылся «медным тазом» мой «красный» диплом. Т.к. в нём не допускается ни одной «тройки», а госэкзамен не пересдаётся. Хорошо, хоть тройка, а если бы хуже, то могли  быть проблемы с дальнейшей учебой в вузе. Конечно, виноват только сам: молодость и расхлябанность. Вот Бог и наказал. Забегая вперёд скажу, когда готовился к сдаче кандидатского минимума по иностранному языку, уже немного повзрослев и учтя горький опыт, выполнял все рекомендации преподавателя, учил слова, вовремя сдавал «тысячи знаков», часто выступал на семинарах и т.д. Поэтому, как результат, «железобетонная пятёрка» на экзамене. Итак, вечером следующего дня Володя проводил меня в неизвестность, в новую жизнь. На прощанье сказал, чтобы по прибытию на место дней так 5 ходил на вокзал к этому поезду встречать его, вдруг у него не получится открепиться от распределения в Минсредмаш или сдать экзамены в аспирантуру и он тогда приедет. Так по приезду в город я и делал.

Но Владимира в Арзамасе-16 я так и не дождался, он сумел договориться в Минсредмаше, чтобы его отпустили, сдал на «отлично» вступительные экзамены и поступил в очную аспирантуру МВТУ. Оказывается, в поезде я был не единственный молодой специалист, были и другие ребята из разных городов и институтов. Нас на вокзале встретил автобус и на нем меня привезли в общежитие ИТР по ул. Ленина 4. Комендант поселила меня в комнату третьим, к двум инженерам. Они были на работе. Когда вошёл в комнату, первое впечатление: запах кофе и обилие радиоаппаратуры. Я хоть из Москвы, но с кофе тогда и там были проблемы. Хорошо живут, подумал я. Вечером, когда ребята пришли с работы, увидев ещё одного соседа в комнате, пошли к коменданту выражать недовольство этим обстоятельством. Ребята являлись членами жилсовета общежития, и им не понравилось мое подселение в комнату. Комендант их уговорила, мол, парень из Москвы и поживет у вас в комнате недолго. Познакомились: Анатолий* и Валерий**. Мои соседи стали в дальнейшем большими людьми. Начали меня расспрашивать: откуда родом, какой вуз закончил, кем собираюсь работать. Всё очень мягко, по-доброму.

Анатолий оказался моим земляком – родом с Тамбовщины. Когда узнали, что приехал работать конструктором, посоветовали просить отдел кадров ВНИИЭФ направить в конструкторское подразделение проектирования термоядерных промышленных зарядов. В те времена это направление было очень перспективным. С помощью промзарядов тушили горящие газовые факелы, создавали искусственные водохранилища, в задумках была реализация проектов по интенсификации нефтедобычи, экономичная и эффективная прокладка больших каналов для различных целей и т. д. Я последовал совету старших товарищей. Несколько дней потребовалось отделу кадров ВНИИЭФ на оформление моих документов, и вот 14 апреля 1972 года я вышел на работу во ВНИИЭФ в должности мл. инженера — конструктора отдела термоядерных промзарядов подразделения проектирования зарядов. На работе меня неоднократно спрашивали: «А где второй бауманец? Когда будет?». По совету Анатолия и Валерия я с первой получки купил русско-английский словарь, чтобы готовиться к сдаче кандидатского минимума по языку и приёмник ВЭФ с ручкой и антенной, который служил мне долгие годы.

 

Примечания:

*Анатолий Леонидович Михайлов

Краткая справка:

Родился 30 ноября 1945 года в Тамбовской области. Закончил МИФИ. Доктор технических наук. Последние должности – директор Института экспериментальной газодинамики и физики взрыва (входит в состав ВНИИЭФ), заведующей кафедрой «Экспериментальная и теоретическая механика» НИЯУ МИФИ САРФТИ  (Национальный Исследовательский Ядерный Университет Московский  Инженерно Физический Институт Саровский Физико Техническтий Институт). Лауреат Госпремии РФ, Премии правительства РФ.

 

**Валерий Семёнович Босамыкин

Краткая справка

Родился 18 сентября 1941 года в с. Выборное, Вадинский район, Пензенская область,  умер 14 мая 1996 года. Закончил МИФИ. Кандидат физ.- мат. наук. Последние должности — начальник отделения 04 (сейчас Институт ядерной и радиационной физики, входит в состав ВНИИЭФ), заместитель научного руководителя РФЯЦ-ВНИИЭФ по экспериментальным, прикладным и фундаментальным исследованиям. Лауреат Ленинской премии.

 

P.S. Спустя несколько месяцев после приезда я пошёл с другом из общежития в кинотеатр на новый фильм. Когда кино началось, некоторые кадры стали казаться знакомыми, как будто я их уже видел. Стал лихорадочно вспоминать, где и когда!? И… вспомнил! В тот нерадостный для меня злополучный вечер, когда Владимир объявил, что не едет со мной в Арзамас-16 и остаётся в Москве, мы с ним пошли в кино и как раз смотрели этот фильм. Теперь можете представить моё состояние, что даже не запомнил фильма: вместо того, чтобы ехать жить в незнакомый город, на неизвестную работу вдвоём с другом, пришлось ехать одному, а мне было всего 23 года!

Бауманцы — сотрудники РФЯЦ-ВНИИЭФ в Музее ядерного оружия накануне 175-летия МВТУ им. Н.Э.Баумана (2005г.)

Статья впервые была опубликована в газете «ВЕСТИ города» №31 от 5 августа 2020 года.

Просмотров: 1 720

К этой записи 1 комментарий

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Надо будет сообщить А. Л. Михайлову, чтобы «зашёл» на наш сайт!

    Материал очень любопытный, написан хорошим языком, читается легко!

    СПАСИБО, Вячеслав Иванович!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>