Faber est suae quisque fortunae (лат.) – каждый сам кузнец своей судьбы (своего счастья) – Аппий Клавдий, римский писатель

 

В феврале 1972 года мы защитили дипломы в МВТУ им. Н.Э. Баумана, на кафедре Механического оборудования автоматических установок Конструкторско-механического факультета. Получили квалификацию «инженер-механик» по стартовым системам ракетных установок, в т.ч. космических. В нашей группе К-1 было всего трое иногородних, остальные москвичи. Владимир Л. из Ставрополя, Александр К. из Ташкента и я из г. Кирсанова, что на Тамбовщине. В те годы существовало так называемое «распределение». Все москвичи, имея прописку в Москве, «втихаря» договорились с профильными московскими предприятиями («почтовыми ящиками») и в комиссию по распределению на них пришли заявки. Александр К. распределился на родину в г. Ташкент в космическую фирму — филиал «Конструкторского бюро общего машиностроения», т. к. во времена СССР в Узбекской республике сия отрасль имела место быть. Мы с Владимиром остались бесхозными. Наши отцы — руководители на кафедре и факультете ломали свои умные головы, не зная, что с нами делать, куда направить. И тут на их счастье на факультет пришел бывший выпускник МВТУ им. Н.Э. Баумана, командированный по своим делам в Москву, Владимир Ильич из г. Азамаса-16, которого тамошний отдел кадров попросил зайти в родную альма матер и сагитировать двух молодых специалистов на работу конструкторами во ВНИИЭФ (Всесоюзный Научно Исследовательский Институт Экспериментальной Физики). На факультете представителю из Арзамаса-16 очень обрадовались, сказав, что у нас как раз есть двое толковых молодых спецов, один вообще с «красным» дипломом (Володя), другой учился на «4» «5», а на старших курсах только на «отлично» и которые в настоящее время «не у дел». Нам с Владимиром устроили встречу с Владимиром Ильичом для беседы, сказав, что это представитель Минсредмаша (Министерство Среднего машиностроения), а нашим распределением занималось Министерство Общего машиностроения. На нашей встрече представитель Минсредмаша практически ни на один наш вопрос из соображений секретности не ответил: «Куда едем?» — «В город» — «Как называется?» — «Не скажу». Это уж потом наши шепнули, что этот закрытый город называется Арзамас-16, а предприятие очень секретное. Что стало абсолютным откровением для нас с Владимиром, поскольку мы не только никогда не слышали о таком городе, но даже и не подозревали о наличии подобных городов в СССР. «Далеко от Москвы? Сколько километров?» — «Недалеко. Не скажу» — «Кем будем работать, какой оклад?» — «Младшими инженерами-конструкторами, оклад не скажу, но выше, чем в среднем по СССР» — «Почему не интересуетесь, какие предметы мы изучали?» — «Мне не важна конкретика, главное, у вас есть база для работы конструкторами, а специфике всё равно будем вас учить заново» — «Где будем жить?» — «В общежитии, женитесь, дадим квартиры» и т. д. В общем, мы с другом, согласились заполнить специальную анкету с массой вопросов, «в тёмную» выбрав свою дальнейшую судьбу. Как говорится: «На безрыбье и …».

После того, как мы дали свое согласие на работу, нам назвали адрес представительства организации в Москве и, когда мы туда явились, там серьёзный человек сказал, что надо ехать с Казанского вокзала, назвал номер кассы, номер поезда и объяснил, что при покупке билета, вместо пункта следования говорить «до конца». Нам выдали «подъёмные» в размере месячного оклада профессора МВТУ, мы поехали на вокзал и там приобрели билеты. В предпоследний вечер перед отъездом мы встретились с Владимиром и он сказал, что днём был на нашей кафедре, встретился с зам. заведующего кафедрой профессором, д.т.н. Бобровниковым Геннадием Николаевичем, который ему предложил поступить в аспирантуру МВТУ. Дело в том, что нам обоим кафедра и факультет дали характеристики — рекомендации для поступления в аспирантуру, а у Владимира был диплом с отличием. Владимиру объяснили, что придётся сдать два вступительных экзамена в аспирантуру: по специальности и по иностранному языку: «Москвичей с красным дипломом берём без экзаменов, а поскольку ты иногородний, прописки нет, должно быть основание». Кроме того, необходимо решить вопрос со своим распределением в Минсредмаш. На всё про всё, вместе с подготовкой к экзаменам, дали только 10 дней. Владимир сообщил, что в разговоре с Бобровниковым Г.Н. он договорился и о втором месте в аспирантуру для меня. “Слава, давай вместе!”. На что я сказал, нет, Володя, поступать в аспирантуру не буду, так как с экзаменом по специальности проблем нет, а вот английский не потяну. Так вместо того, чтобы ехать в секретный город вдвоём с другом, я остался в одиночестве. По поводу английского надо остановиться поподробнее. Язык этот почему-то не любил ещё со школы. На его уроках вместе с другом Колей мы решали задачи по физике. Как-то в выпускном десятом молоденькая учительница, которая конечно всё видела, сказала: «Войнов, ты у меня не получишь «5» на экзамене, не будет у тебя золотой медали, на  что я по мальчишески отвечал: «Ну и нужна мне Ваша медаль!». «Да, — говорит, — твой отец лучший друг директора школы, и как тот позволит поставить тебе не отлично».

На экзамене в школе мне повезло, достался лёгкий билет и я объективно получил на экзамене «5». Эту же порочную практику с иностранным  продолжил и в вузе. Нашу группу «англичан» вела обаятельнейшая женщина средних лет Инесса Николаевна.  Все ребята готовились к занятиям, лишь я, по-прежнему манкировал, валял дурака. Даже рекомендованные учебники не брал в библиотеке, но чем-то  Инессе Николаевне  импонировал, и она всё спускала на тормозах, ставили мне зачёты в семестрах. А на третьем курсе экзамен по языку, должна принимать госкомиссия. На экзамене выскочил сдавать первым, практически без подготовки: «Напором возьму!». На других экзаменах, как правило, такое проходило. Но здесь «Бог шельму метит». Комиссия попалась умненькая. Раз мне дополнительный вопрос. Я сел. Второй — ноль. И пошло… Раскрутили всю цепочку моего незнания предмета. Выскочил из аудитории весь красный. Себя не помню. Комиссия осталась совещаться. Только где-то через полчаса вышла моя англичанка, бледная. Срывающимся голосом говорит: «Dear Slava (милый Слава — англ.), я еле-еле «тройку» вам отстояла». И накрылся «медным тазом» мой «красный» диплом. Т.к. в нём не допускается ни одной «тройки», а госэкзамен не пересдаётся. Хорошо, хоть тройка, а если бы хуже, то могли  быть проблемы с дальнейшей учебой в вузе. Конечно, виноват только сам: молодость и расхлябанность. Вот Бог и наказал. Забегая вперёд скажу, когда готовился к сдаче кандидатского минимума по иностранному языку, уже немного повзрослев и учтя горький опыт, выполнял все рекомендации преподавателя, учил слова, вовремя сдавал «тысячи знаков», часто выступал на семинарах и т.д. Поэтому, как результат, «железобетонная пятёрка» на экзамене. Итак, вечером следующего дня Володя проводил меня в неизвестность, в новую жизнь. На прощанье сказал, чтобы по прибытию на место дней так 5 ходил на вокзал к этому поезду встречать его, вдруг у него не получится открепиться от распределения в Минсредмаш или сдать экзамены в аспирантуру и он тогда приедет. Так по приезду в город я и делал.

Но Владимира в Арзамасе-16 я так и не дождался, он сумел договориться в Минсредмаше, чтобы его отпустили, сдал на «отлично» вступительные экзамены и поступил в очную аспирантуру МВТУ. Оказывается, в поезде я был не единственный молодой специалист, были и другие ребята из разных городов и институтов. Нас на вокзале встретил автобус и на нем меня привезли в общежитие ИТР по ул. Ленина 4. Комендант поселила меня в комнату третьим, к двум инженерам. Они были на работе. Когда вошёл в комнату, первое впечатление: запах кофе и обилие радиоаппаратуры. Я хоть из Москвы, но с кофе тогда и там были проблемы. Хорошо живут, подумал я. Вечером, когда ребята пришли с работы, увидев ещё одного соседа в комнате, пошли к коменданту выражать недовольство этим обстоятельством. Ребята являлись членами жилсовета общежития, и им не понравилось мое подселение в комнату. Комендант их уговорила, мол, парень из Москвы и поживет у вас в комнате недолго. Познакомились: Анатолий* и Валерий**. Мои соседи стали в дальнейшем большими людьми. Начали меня расспрашивать: откуда родом, какой вуз закончил, кем собираюсь работать. Всё очень мягко, по-доброму.

Анатолий оказался моим земляком – родом с Тамбовщины. Когда узнали, что приехал работать конструктором, посоветовали просить отдел кадров ВНИИЭФ направить в конструкторское подразделение проектирования термоядерных промышленных зарядов. В те времена это направление было очень перспективным. С помощью промзарядов тушили горящие газовые факелы, создавали искусственные водохранилища, в задумках была реализация проектов по интенсификации нефтедобычи, экономичная и эффективная прокладка больших каналов для различных целей и т. д. Я последовал совету старших товарищей. Несколько дней потребовалось отделу кадров ВНИИЭФ на оформление моих документов, и вот 14 апреля 1972 года я вышел на работу во ВНИИЭФ в должности мл. инженера — конструктора отдела термоядерных промзарядов подразделения проектирования зарядов. На работе меня неоднократно спрашивали: «А где второй бауманец? Когда будет?». По совету Анатолия и Валерия я с первой получки купил русско-английский словарь, чтобы готовиться к сдаче кандидатского минимума по языку и приёмник ВЭФ с ручкой и антенной, который служил мне долгие годы.

 

Примечания:

*Анатолий Леонидович Михайлов

Краткая справка:

Родился 30 ноября 1945 года в Тамбовской области. Закончил МИФИ. Доктор технических наук. Последние должности – директор Института экспериментальной газодинамики и физики взрыва (входит в состав ВНИИЭФ), заведующей кафедрой «Экспериментальная и теоретическая механика» НИЯУ МИФИ САРФТИ  (Национальный Исследовательский Ядерный Университет Московский  Инженерно Физический Институт Саровский Физико Техническтий Институт). Лауреат Госпремии РФ, Премии правительства РФ.

 

**Валерий Семёнович Босамыкин

Краткая справка

Родился 18 сентября 1941 года в с. Выборное, Вадинский район, Пензенская область,  умер 14 мая 1996 года. Закончил МИФИ. Кандидат физ.- мат. наук. Последние должности — начальник отделения 04 (сейчас Институт ядерной и радиационной физики, входит в состав ВНИИЭФ), заместитель научного руководителя РФЯЦ-ВНИИЭФ по экспериментальным, прикладным и фундаментальным исследованиям. Лауреат Ленинской премии.

 

P.S. Спустя несколько месяцев после приезда я пошёл с другом из общежития в кинотеатр на новый фильм. Когда кино началось, некоторые кадры стали казаться знакомыми, как будто я их уже видел. Стал лихорадочно вспоминать, где и когда!? И… вспомнил! В тот нерадостный для меня злополучный вечер, когда Владимир объявил, что не едет со мной в Арзамас-16 и остаётся в Москве, мы с ним пошли в кино и как раз смотрели этот фильм. Теперь можете представить моё состояние, что даже не запомнил фильма: вместо того, чтобы ехать жить в незнакомый город, на неизвестную работу вдвоём с другом, пришлось ехать одному, а мне было всего 23 года!

Бауманцы — сотрудники РФЯЦ-ВНИИЭФ в Музее ядерного оружия накануне 175-летия МВТУ им. Н.Э.Баумана (2005г.)

Статья впервые была опубликована в газете «ВЕСТИ города» №31 от 5 августа 2020 года.

Просмотров: 301

К этой записи 1 комментарий

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Надо будет сообщить А. Л. Михайлову, чтобы «зашёл» на наш сайт!

    Материал очень любопытный, написан хорошим языком, читается легко!

    СПАСИБО, Вячеслав Иванович!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>