Поездка в Дагестан в январские каникулы 2017 года была организована Ольгой Урбанович вместе с Ириной и Валерой Страбыкиными. Программа экскурсий была составлена совместно с принимающей стороной — турфирмой «Мартитрэвел», в названии которой зашифрована фамилия её хозяйки — жительницы Махачкалы Яны Мартиросовой. Уже по этим имени и фамилии мы поняли, что Махачкала — город интернациональный, много кто там живёт, только русских мало, хотя все люди и говорят по-русски.

Что мы слышим про Дагестан? Дербентский и Кизлярский коньячные заводы; «Введён режим контртеррористической операции»; Карамахи и Чабанмахи; «Анжи» Махачкала.

Выбор направления поездки многим показался странным. Некоторые вертели пальцем у виска и смотрели на нас как на отчаянных смельчаков. Потом, конечно, выяснилось, что ни с какими проявлениями терроризма и даже национализма мы не столкнулись. Среди жителей Дагестана в ходу слово катэошка (КТО — контртеррористическая операция). Обыденность? Привычка? Возможно… А может быть, этим термином обозначены рутинные разборки между местными кланами, далёкие от приезжих.

Дагестанцы очень обижены на центральные московские СМИ, которые, по их мнению, сгущают краски и создают отрицательный имидж региона. Действительно, — подумал я, — если раскрутить туристический Дагестан, кто будет отдыхать в Сочи и Анапе? А потенциал для отдыха в Дагестане, конечно, большой.

В Москве времени на прогулки нет — вылет в Махачкалу из Домодедова в 11 с минутами. Пришла смс-ка, что наш рейс отложен до 16-ти. Но в расписании в интернете этого изменения нет. На всякий случай решили не рисковать и ехать в аэропорт. Там, конечно, всё подтвердилось, и нам ждать дополнительно 5 часов. Расположились с удобствами рядом с несколькими кафе и туалетом. Проштрафившаяся авиакомпания «Норд-Авиа» нам даже выдала талоны на еду — по 390 рублей, которые можно было отоварить в кафе «Ёлки-палки», где на эти деньги покормили мало и невкусно.

В Махачкалу прилетели уже вечером. Выяснилось, что на время, что мы просидели в аэропорту, планировалась экскурсия по городу Каспийску, которую из-за опоздания пришлось отменить — наступила темнота. Но обед в кафе «Горянка» не отменили. Нам сразу были продемонстрированы особенности национальной кухни, о которой мы не знали ничего. В советское время с понятием кавказской кухни ассоциировалась в первую очередь кухня грузинская, во вторую очередь армянская или азербайджанская. Про дагестанские блюда мы понятия не имели, да и сейчас бы ничего не знали, кабы не эта поездка. А тут на столе были хинкал (варёное тесто, клёцки, не путать с грузинскими хинкали), чуду (тонкий круглый пирог), урбеч (перетёртые с маслом и сахаром семена или орехи), местная колбаса (которая не готова к употреблению, а высушена для длительного хранения мяса, потом её варят). И отсутствие алкоголя. Мы как-то сразу поняли, что в Дагестане будет интересно.

Знаменитая горская колбаса

Бульон и хинкал

Десерт с урбечем

Чуду

Ещё чуду

Встречавшая в аэропорту Яна передала нас Назиру, парню из Дербента, которому предстояло возиться с нами ближайшие два дня. Микроавтобус «Хундай», встретивший нас в аэропорту, был закреплён за нашей группой на протяжении всего времени, менялись только водители. В первый день Назир был одновременно и нашим водителем, и нашим гидом. Причём гидом наиболее квалифицированным — в свободное от туристов время он работает сотрудником музея.

В Каспийске мы обратили внимание на большое количество жилых новостроек. Говорят, что здесь, на берегу моря, жить лучше и удобнее, а на работу в Махачкалу можно и ездить.

Дорога до Дербента заняла 2 часа. Она не везде в идеальном состоянии, хотя и считается федеральной трассой. Раньше-то она вела из Ростова в Баку, а теперь — всего лишь в «заштатный» Дербент. Проехали мимо Избербаша (на местном жаргоне — Изберг), где, говорят, лучшие в Дагестане пляжи. В Дербент въехали почти в 11 вечера, но всё равно сразу поехали к местному виноделу по имени Амаяк купить вина. Амаяк уже нас ждал, дал попробовать вино 4-х сортов, и каждый купил, что ему хотелось. Я купил за 150 рублей литр красного сухого вина, которое потом стало мне нравиться уже меньше, но пришлось его всё равно допивать. В подвале дома у винодела стояли какие-то баки, бутыли, прессы — ощущение, что всё по-настоящему.

Первоначально планировалась даже экскурсия на Дербентский коньячный завод, но ближе к делу оказалось, что коньячный завод в каникулы отдыхает и экскурсий не проводит.

Расположили нас на берегу моря, которое шумело, но не было видно, в отдельном доме в гостинице «Океан».

Дербент. Набережная гостиницы «Океан»

Утро следующего дня началось с прогулки по берегу моря (гостиница оказалась прямо с выходом на пляж). В 9 часов за нами заехал Назир, чтобы отвести на первую экскурсию — в крепость (цитадель) Нарын-кала.

Цитадель Нарын-кала

Беглый взгляд на географию Дербента позволяет понять, что город возник в месте, в котором просто не мог не появиться. Так же как Нижний Новгород или Константинополь. В этом месте Кавказские горы почти вплотную подходят к морю, оставляя узкий Дербентский проход. За тысячи лет здесь прошли все, кому надо было из Передней Азии в Северо-Кавказские степи или на Волгу и наоборот. Другого нормального пути, если не считать горные перевалы, просто нет. Все правители, естественно, желали контролировать это место, поэтому у них были популярны стены, этот проход перегораживающие. Дербентские стены — как раз из этой серии, к тому же дожившие до наших дней. Только монголам, ведомым Джебе и Субэдеем, удалось (перед битвой на Калке) обойти Дербент по горам, но на то они и монголы.

Точной даты возникновения города никто не знает. Помнится, когда-то Дербент считался самым древним городом в СССР. Сейчас про это как-то помалкивают, но совсем недавно, в 2015 году, местному начальству удалось развести Москву на нехилые бабки по поводу 2000-летия Дербента. Видимо, решили поскромничать и о, скажем, 2500-летии не заикаться. Многие очень сильно ругались и по поводу этой даты, и по поводу того, как деньги были потрачены. Особенный «восторг» у нас вызвали фонари, установленные по всей территории цитадели. Средневековая крепость стала напоминать набережную приморского дома отдыха. Стены укрепили и дополнили никогда здесь не существовавшими дорожками, лесенками и т.п. Но таково понимание прекрасного и исторического у дагестанского руководства. На стволах пушек, установленных у входа в офицерскую гауптвахту, явственно видны следы современной сварки.

Фонарики

Не все в Дербенте согласны, что городу «только» 2000 лет

На многие вещи у Назира свой взгляд. Например, он подвёл нас к сооружению, на табличке у которого подписано, что это водохранилище (цистерна), и обратил наше внимание на то, что у здания для хранения воды почему-то крестово-купольная конструкция. По его мнению, когда-то тут была христианская церковь, существовавшая ещё во времена Кавказской Албании, т.е. до ислама.

Вид на Дербент от цитадели. Там вдалеке — Каспий

Нам сильно повезло с погодой. Все дни, пока мы были в Дагестане, светило солнце и днём было тепло +5 — +7. По ночам бывали заморозки, а в горах, естественно, перепады температуры были более сильные.

«Саровская пустынь» в Дербенте

Повезли обедать в ресторан «Шёлковый путь». Меню определяли всегда хозяева. Были чуду с тыквой и пшеном, суп, садж (сковородка с мясом и овощами, стоящая на жаровне с углями), самодельный хлеб. Распили бутылку дербентского коньяка.

После обеда была экскурсия по старому городу, где кварталы называются магалами (сразу пришла в голову аналогия со среднеазиатскими махаля). Заходили в музей на месте бывшей девичьей бани. Удивительно, как по узким улочкам средневековой планировки умудряются ездить, парковаться и разъезжаться машины. Кстати о машинах, в Дербенте, в основном, это Жигули. Бросилось в глаза разнообразие номеров регионов — тут и Москва с областью, и Ставрополь, и Волгоград, и Петербург. Дагестанские «05» только на половине машин. Говорят, случился настоящий ажиотаж, когда в Москве стали выдавать номера с регионом «777» — дагестанцы готовы были отдать за такие номера любые деньги.

Улочки старого Дербента

Во время прогулки по старому городу мы единственный раз в Дагестане столкнулись со случаем, если можно так сказать, национализма. Приметившие нас мальчишки вдруг закричали: «Русские!», «Русские!», «Русские не сдаются!» Откуда эта фраза?

После пешего гуляния нас завели в чайную и напоили ароматным и вкусным чаем. Вкус чая, как известно, определяется качеством воды. Значит, вода в Дербенте хорошая. В зале кроме нас сидели только группы мужчин, молодых и пожилых, которые за чаем играли в какие-то игры, общались. Я спросил Назира, на каком языке они разговаривают? — На азербайджанском. Азербайджанцев здесь заметная прослойка, и как представители большой нации, они пользуются своим языком. Потому что другие, насколько мы поняли, пользуются в основном русским. Свой изучают, знают, но применяют его факультативно. Например, Назир — лезгин. Лезгинский он знает, но признаётся, что чаще пользуется русским. А как ещё быть, если, к слову, жена его брата — азербайджанка? Он больший сторонник центральной московской власти, чем даже мы. Например, говорит не «у нас в Дагестане», а «у нас в России».

Но это в городе. В аулах, как мы смогли убедиться, ситуация другая. Там население моноэтничное, но русский, конечно, тоже знают все.

Женщины в хиджабах в Дербенте редки, но есть. В Махачкале их мы видели больше. Дербент — город с многовековыми городскими традициями. А Махачкала — столица, возникшая из маленького населённого пункта совсем недавно и населённая в большой пропорции вчерашними жителями аулов. И это чувствуется.

Дербентские стены

В дагестанском доме главное — ворота

Последней показанной нам в эту экскурсию достопримечательностью стало «место отдохновения императора Петра I». Пётр ведь воевал с Персией, брал Дербент. Но останавливаться в ханском дворце поостерёгся и приказал построить себе на берегу небольшую полуземлянку. Недавно эту постройку раскопали, нашли фундамент и превратили в небольшой мемориал.

Измотанных непрерывными экскурсиями, нас привезли наконец-то в гостиницу. Но после пары часиков отдыха — пожалуйте на выход, экскурсия но ночному Дербенту. Назир повёз нас наверх на смотровую площадку смотреть подсвеченные стены цитадели. Лучше нет красоты, чем Дербент с высоты… Потом погуляли по центру — и домой. Сон был, понятно, крепким.

Потрясающий вид на ночной Дербент

Группа готова к выезду

На следующий день нам предстояла экскурсия с кодовым названием «Дербент религиозный» с посещением различных культовых учреждений. Первой была джума-мечеть, считающаяся самой старой мечетью в стране, её возникновение относят к VIII веку. Конечно, она многократно перестраивалась, но, говорят, стояла там же, где стоит и сейчас. Нам понравился спокойный стиль, в котором Назир вёл экскурсию. Мы зашли внутрь мечети, когда не было службы, разулись, и Назир усадил нас на ковры, сидя на которых мы и слушали рассказ. Мечеть была шиитская. Мы узнали, что шииты, в отличие от суннитов, когда кладут земные поклоны, касаются лбом не пола, а специального круглого плоского камешка. Шкафчики, в которых хранятся эти камешки, висят на стенах мечети.

В старинной мечети

Старое мусульманское кладбище

После мечети шёл музей мировых религий, в котором мы выслушали рассказ девушки экскурсовода о бытовании в этих местах как ислама, так и иудаизма, христианства и буддизма. К мировым религиям, похоже, устроители музея отнесли и обычай повязывать на кусты и заборы цветные ленточки и тряпочки, потому как и об этом в музее имеется экспонат. И правда, распространённость этого поверья уже приобретает мировые масштабы. По крайней мере в Дагестане эти тряпочки везде.

После музея нас отвезли в синагогу — современно отделанное помещение, хоть и расположенное в историческом центре. Евреи тут не «наши» ашкенази, а свои — горские, называющиеся таты. Но по вере иудаисты. Считается, что это осколок Хазарского каганата. На нас надели кипы, завели в молитвенный зал и немного рассказали об особенностях религии.

Внутри синагоги

Православная Покровская церковь была включена в экскурсию для формального комплекта, чтобы никому не было обидно. Церковь как церковь, с иконами Серафима Саровского и русскими тётеньками, наводящими внутри предпраздничный марафет.

Экскурсия по храмам закончилась в ресторане с библейским названием «Эдем». Нам подали зажаренную на гриле осетрину, кроме того, была более простая рыба кефаль, мясо и печёнка на гриле, овощи, домашний хлеб, ну и конечно, чуду.

Иногда кажется, что цитадель как бы парит над городом

Коротко и понятно

После обеда без перерыва нас повезли в Махачкалу. Теперь мы ехали днем и могли обозревать пейзаж. Много виноградников, иногда виднелось море.

Видимо, в Дагестане бизнес имеет свои особенности. Например, тут мы не увидели автозаправки известных брендов. Зато полно брендов — двойников, например, «Ликойл», «Баш-нефть», «Росснефть». В Махачкале видели двойники Московской ресторанной сети «Му-Му», но один раз с названием «Мумушка», а другой — «MU-MU».

Махачкала оглушила нас плотным движением, захламлённостью, отсутствием какой бы то ни было архитектуры. Кроме того, это очень визуально замусоренный город. Все дома, и без того некрасивые, ещё залеплены от земли до крыш кричащей яркой рекламой, на стенах буквально живого места нет. В Махачкале обожают рекламу светящуюся, с бегущей строкой, таких светящихся табло приходится по несколько штук на здание.

Нас подвезли к дому, где нас опять встретила Яна, она представили нам нашего нового водителя, его звали Вартан, это брат Яны. После этого нас сразу повезли на смотровую площадку полюбоваться Махачкалой сверху, с горы у селения Тарки. Я бы на месте хозяев этого не делал. Хотя вид обалденный, но вся площадка покрыта мусором, который летает по воздуху, висит на кустах и деревьях, хрустит под ногами. Вартан же на него не обращал внимания. Любоваться красотой в таких условиях было трудно. Может быть, из-за такого первого впечатления, нам Махачкала не понравилась, и мы вообще пожалели, что в этом городе была наша база на три оставшихся дня.

Яна провела нам небольшую экскурсию по центру города. Около моря каким-то чудом уцелел кусочек старой застройки Петровского порта, мало тронутый наружной рекламой (но не свободный от неё совсем). Музеи города нам показали только снаружи, при этом сообщив, какие в них интересные коллекции. Но времени — только на внешний осмотр. Вот исторический музей, он расположен в старом красивом здании. Но рядом — какое-то архитектурное чудовище, покрытое керамогранитом. И так тут всё.

В конце концов, стемнело, пора было ехать заселяться в гостиницу. Но по дороге нас завезли на рынок. Вот где красота и изобилие! Мы купили сыр двух видов, урбеч — это из экзотики, кроме основной еды (сыр дагестанский, надо сказать, разочаровал — сухой и солёный, наверное, он хорош для долгого хранения и кулинарии, но просто так есть его невкусно).

Сы-ы-ыррр!

В рыбном ряду

Гостиница «Крепость» оказалась гораздо ближе к краю города, чем к его центру, но учитывая, что нас всё время возят, это не очень мешало. Наверное, выбирали по соображениям цены (на карту Махачкалы, которую я купил, место расположения нашей гостиницы вообще не попало), двухместный номер — 1650 руб. с завтраком (завтрак плотный). Архитектура гостиницы показалась странной: окна вверху под потолком навевали мысли о тюрьме, в которой из нас, правда, никто не сидел, но, может быть, сидели устроители гостиницы? Самым просторным номером женщины опять признали наш, я не стал проверять это утверждение. Значит, по вечерам ужинать опять будем у нас. Кроме того, в нашем номере оказалась двуспальная кровать. Мы с Агаповым, конечно, бывало, спали и так, но за заметно меньшие деньги. Я позвонил администратору, и он объяснил, как разъединить кровати.

Никто, за исключением Саши Стасевича, самостоятельно по окрестностям гостиницы не гулял. Саша же доходил до моря и купался. Может быть, летом тут хорошо?

 

Рано утром за нами приехал Вартан и повёз в Гуниб. Это была первая экскурсия в горы, и как только мы их увидели, ещё вдали, попросили Вартана остановить машину и вылезли, чтобы пофотографировать. Естественно, потом гор стало больше и виды лучше. Ехали до Гуниба довольно долго, часа три. Дороги в горном Дагестане, по которым нас возили, были довольно сносные, все хорошо асфальтированные. Видно было, что построены они сравнительно недавно. Во всяком случае, на советских картах, которые я брал с собой, дороги были обозначены совсем в других местах. Вартан объяснил, что теперь горный Дагестан — пограничная территория стратегического значения, и к дорогам поэтому особое внимание.

Проехали 4-километровый туннель, самый длинный в этих местах. За туннелем — крутой и длинный спуск, тормоза у машин тут перегреваются, и поэтому для них предусмотрена остановка. Здесь наготове и очередная достопримечательность — место, где во время Кавказской войны русские войска пытались взять в плен Шамиля и где погибли его соратники. На памятном месте построена каменная башня, говорят, что такая тут когда-то была, и с неё Шамиль спрыгнул и убежал. Обозначено место, куда он спрыгнул. Если мысленно провести траекторию прыжка, то получится, что летел он метров 50 в длину. В общем, Шамиль — это уже некий легендарный сверхчеловек, наделяемый сверхъестественными способностями.

Рядом базарчик. Продается хурма, по 70 — 80 рублей. И ещё неизвестная нам чёрная хурма — по 300. Это мелкие плоды, размером с ягоду, но вкусные.

В горах проезжали несколько водохранилищ. Чувствуется, Минводхоз успел тут порезвиться в 70 — 80-е годы.

В Гунибе нас встретил местный экскурсовод по имени Кебед. Начали мы с того, что он угостил нас чаем в небольшом кафе и не позволил расплатиться. Потом повёл на смотровую площадку в центре аула, там памятник погибшим в войне, украшенный скульптурными журавлями. Этот мотив Гамзатовских журавлей в Дагестане очень популярен.

Гуниб знаменит событиями Кавказской войны, именно здесь она практически закончилась, а имам Шамиль был взят в плен. Нам сказали, что до войны аул располагался выше, на плато. После взятия он был разрушен, на его месте была построена русская крепость, а поселение перенесено на новое, нынешнее место.

Нас повезли на гору по крутому и извилистому серпантину. Удивительно, как приходится ездить местным водителям. Не в каждом месте можно разъехаться, нет ни разметки, ни светофоров. Но они умудряются на этих кручах и ездить, и парковаться.

Вообще только здесь в горах становится понятно, почему в Дагестанских аулах, что ни ущелье — то свой язык. Народ живет здесь тысячелетиями на одном месте потому, что любые иные пришельцы тут просто не смогли бы существовать. Жизнь в горах настолько своеобразна, со своими специфическими способами выживания, что человек, привыкший пахать землю или пасти скот на равнине, тут не знал бы что делать.

Гуниб

В Верхнем Гунибе несколько памятников посвящены событиям Кавказской войны: беседка на месте, где русский военачальник Барятинский взял в плен Шамиля; Царская поляна, на которой по приказу Александра II были накрыты столы, чтобы отметить окончание войны. Где-то рядом расположен детский санаторий, воздух и в самом деле здесь волшебный.

По окончании экскурсии Кебед приглашает нас пройти в небольшой гостевой дом, который он тут держит. Подъехать мы к этому дому не смогли, потому как горная речка, которую надо переехать вброд, замёрзла, и Вартан остерёгся ехать по чистому льду.

В Верхнем Гунибе

В домике нам был приготовлен обед: суп из чечевицы с вермишелью, жаркое. Надо сказать, что по пути сюда Вартан заранее объявил нам меню обеда. И в меню значилось чуду. По-видимому, это не было согласовано с Кебедом, иначе, чем ещё объяснить часовой перерыв между этим блюдом и остальными, которые мы с успехом съели, и после чего хозяин стал развлекать нас песнями под гитару. Исполнял Кебед стандартный самодеятельный репертуар, но кто-то попросил его спеть на аварском, и Кебед с удовольствием спел.

Обед в гостевом доме в горах

Наконец женщины принесли чуду. Он был (или оно было — не знаю) с сыром! Все мы, по крайней мере я, были вознаграждены за длительное ожидание.

Обратно Вартан повез нас другой дорогой. Причиной было, видимо, желание завезти нас в определённый антикварный магазин. Магазин представляет собой большой ангар, весь заставленный разнообразными старыми вещами. Я, не удержавшись, купил медную тарелку. Хозяин сказал, что она изготовлена в Кубачах в 1278 году хиджры (так на ней было написано по-арабски), т.е. в XIX веке. (При организации поездки нами было высказано пожелание съездить в Кубачи, но оказалось, что в туда зимой ехать плохо — не асфальтированная дорога).

В антикварном магазине

 

На следующий день — экскурсия примерно в те же места, но поближе — в аул Унцукуль (ударение на первом слоге), который славится своими художественными промыслами. У нас новый водитель — Гаджимурад, которого для простоты мы звали Хаджи-Мурат, что на слух неотличимо, а запомнить человеку, читавшему Л.Н. Толстого, легче. Гаджимурад говорит по-русски с акцентом, сам родом из Гуниба. 20 лет работал дальнобойщиком, потом что-то произошло со спиной, и сейчас он таксует на собственной машине в Махачкале. Ну и периодически возит туристов. По дороге мы ведём с водителем разговоры. Нам он рассказал, например, что для шашлыка надо брать чёрного барана. Черная шерсть, по уверению Гаджимурада, «впитывает солнце», и такой баран вкуснее.

Первый экскурсионный объект — Ахульго. На повороте нас поджидает даже не гид, а целых трое гидов. Один — за рулём вездесущих Жигулей, второй собственно гид, работающий учителем в местной школе, а третьего — Магомеда — мы сначала про себя прозвали «менеджером», и только потом оказалось, что он организует нам обед.

Ахульго — это название не существующего сейчас аула, разрушенного во время Кавказской войны, тут проходило одно из известных сражений. Мне, честно говоря, об этом сражении известно не было, но, судя по тому, что о нём рисовал картины Рубо, штурм Ахульго был не рядовым событием. Тем более что в нем участвовал Шамиль.

Дорога в Ахульго необычайно красива. Сейчас на месте сражения построен, но ещё не открыт мемориал, в котором будет музей (открытие состоялось в январе, уже после нашего отъезда). Глядя с горы на бывший театр военных действий, думалось: «Как можно воевать в такой местности?! Как русские солдаты штурмовали эти вертикальные кручи? а, главное, какой в этом был смысл?»

Река Аварское Койсу

Ахульго

Дальнейший путь наш лежал в посёлок Шамилькала (первоначально при советской власти называвшийся Светогорск), где мы должны были посетить музей. Шамилькала — сравнительно новый посёлок на берегу водохранилища, построенный для гидростроителей. Недавно в него перенесли центр Унцукульского района, при этом название району сохранили. Музей оказался не очень богатым по сравнению с вчерашним антикварным магазином, он разместился всего в одной комнате в здании районной администрации. Тут, как и везде, повсюду Шамиль — в виде портретов, плакатов и даже золочёной скульптуры.

Поехали в Унцукуль, расположенный, как и полагается горному аулу, на крутых склонах. Как тут люди ездят?! Крутые и кривые улочки, кажущиеся почти вертикальными спуски и подъемы, которые к тому же обледенели. Я бы тут водить машину не смог. А местные жители на Жигулях — запросто. К дому Магомеда вообще оказалось, подъезда нет, последние метров 100 идём пешком.

Унцукуль

Так вялится знаменитая дагестанская колбаса

Мы попали в настоящий сельский дом. Раньше аулы строились по системе «мой двор — крыша соседа». Теперь, говорят, такое можно увидеть только совсем уж в глухих местах, куда мы не доехали. Дома же в основном новые, из современных материалов. Отапливается дом Магомеда (во всяком случае, гостиная) железной печкой.

Магомед и его жена расстарались так, что мы не съели и половины предложенной нам еды. Бульон, хинкал, рис, домашний хлеб, колбаса отварная нескольких видов (обыкновенная из говядины, с ливером, с рисом), соленья, отварное мясо, персиковый и черешневый компот, яблоки, чай и сладости. Нас заранее предупредили, чтобы мы не брали с собой спиртное — в этом доме не принято. А то бы ещё больше съели.

Унцукуль. Фотография на память

После сытного обеда нас повели в другой дом — в гости к мастеру. Унцукуль знаменит металлической насечкой по дереву, и нам показали, как это делается и, разумеется, предложили купить изделия. Я удержался, в основном, потому, что, как и все был напуган распространённой среди нас информацией о том, что в обратный рейс можно будет взять только 5 кг ручной клади, а за багаж надо будет доплачивать какие-то немыслимые деньги (потом выяснилось, что информация неверная). Оказалось, что собственно насечка — женское дело. Мастер усадил за столик собственную жену, и она нам показала, каким образом мельхиоровая проволока забивается в специально сделанные надрезы в дереве. А сам мастер работает по дереву и, само собой, реализует готовые изделия.

Потом, обсуждая поездку, мы жалели, что жили в Махачкале. Лучше было бы базироваться где-нибудь в горах и не тратить время на езду туда — сюда. Всё равно вечерами в Махачкале мы только сидели в гостинице.

Изделия унцукульских мастеров

Так делается металлическая насечка на дереве

 

Чемоданы собрали утром. У нас главный жупел — перевес. Кто-то всех напугал тем, что билеты у нас были якобы взяты без багажа, т.е. можно с собой брать только 5 кг ручной клади — и всё. Поэтому все ходили кругами у моего чемоданчика, просили что-нибудь туда положить. Я соглашался. Потом оказалось, что всё это ерунда, просто есть билеты с 10 кг багажа, а есть с 20 кг — те подороже. В общем, все страхи оказались напрасными.

Махачкала осталась внизу в тумане

            Путь наш лежал не сразу в аэропорт, а сначала к бархану, настоящему бархану среди степи. Там есть заброшенная станция железной дороги, по которой нет регулярного сообщения, а возле неё — огромная песчаная гора, являющаяся заповедником.  Показали музей природы, при этом на бархан можно посмотреть со специальной башенки — смотровой площадки. Около базы устроен небольшой живой уголок: филин, стервятник, павлин, оленёнок гуляет. Место очень красивое. Меня даже заставили сделать запись в книге посетителей.

Сарыкумский бархан

Дальше поехали на Сулакский каньон. Возле посёлка с неожиданным русским названием Дубки находится смотровая площадка. Каньон потрясающий, глубина 600 м, где-то под нами летали орлы, а один из них вспорхнул со скалы совсем рядом. Мы насчитывали до 8 орлов в поле зрения одновременно.

Сулакский каньон. Фотографии не передают…

После всего увиденного мы с сожалением и с видом на плотину ГЭС распили последнюю бутылку муската и выехали в аэропорт.

В аэропорту выяснилось насчет багажа, поэтому все комбинации были отменены. Рейс Махачкала — Домодедово задержали на час. 80% пассажиров — молодые парни, лет до 30-ти. Видно, летят в Москву работать. В полёте авиакомпания «Нордстар» не кормила, только дала попить. Багаж получали дольше обычного, оказалось, что некоторые из нас на вопрос, нет ли у них в багаже чего бьющегося, ответили положительно. И их багаж доставляли особо. Имелись в виду бутылки с дербентским коньяком.

На улице мороз под 30 с ветерком, очень холодно. На Курском вокзале забрались в кафе, поужинали, да так там и просидели до поезда, который приходил в 2:09, Санкт-Петербург — Нижний Новгород. У нас всех — плацкартные боковые места. Уж и не помню, когда я ехал на боковом, наверное, лет 40 назад. Поспал я часа три, в позе эмбриона.

Нижний приятно поразил отсутствием световой рекламы. Казалось бы, не образец изящества, но по сравнению с Махачкалой — просто глаз отдыхает. Я насчитал по правую сторону автобуса, пока ехали через город всего 7 таких реклам с бегущей строкой. В Арзамасе — 8 плюс 3 в Выездном. А в Махачкале счёт был бы на сотни.

 

Фото О. Урбанович и автора

Просмотров: 383

К этой записи 3 комментария

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Алексей Михайлович!

    Просто прекрасный РЕПОРТАЖ!

    Захотелось в Дагестан, в Дербент, где мы были проездом в 1990 году…

    Про чёрную икру — ни слова… Что её нет на рынке?

    Не все фото подписаны…

    Захотелось приобрести что-то антикварное из металла… 🙂

    1. А. М. Подурец А. М. Подурец:

      Осетрины поели. На чёрную икру не замахнулись, не спрашивали.

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Алексей Михайлович!
    Ты отслеживаешь материал, как спецназ «работает» по руководству Дагестана (золотой пистолет ТТ и прочее…)? 🙁

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>