Авторы: Агапов А.А., Егоршин С.П.

 Летом 1951 года была разрушена главная жемчужина  архитектурного ансамбля Свято-Успенского мужского монастыря Саровская пустынь  — Успенский собор. Страница, связанная с разрушением собора – одна из обсуждаемых, но малоизвестных в истории нашего города. В статье представлена наиболее полная (из числа опубликованных ранее)  информация о проблеме разрушения Успенского собора.

Основатель Саровского  монастыря иеромонах Иоанн в своей книге по  начальной истории монастыря писал, что на месте Cаровской пустыни было древнее поселение, которое пришло в запустение.

Изучением этого поселения, расположенного при устье реки Саровки, началась заниматься экспедиция Нижегородской археологической службы в 1993 году под руководством Грибова Николая Николаевича [1].

Через три года Грибов Н.Н., в своей работе по итогам выполненного исследования [2], говорил: «История освоения человеком длинного саблеобразного мыса у слияния рек Саровки и Сатиса насчитывает, по меньшей мере, два тысячелетия: эпохой железного века датированы следы древнейшего  из обнаруженных здесь поселений. …в Сарове в период XIIXIII вв. находилось громадное по своим масштабам городище, которое по целому ряду признаков можно отнести к поселениям протогородского типа. …Вполне возможно, Саровское городище … являлось основным  поселением летописной  Пургасовой волости, ее административно – военным  и ремесленно-торговым средоточием, столицей зарождавшегося феодального  государства – Пургасовой волости».

Отсюда понятно, почему мыс у слияния рек Саровки и Сатиса был исключительно сильно укреплен. Об этом  игумен Саровского монастыря Маркеллин в 1819 году писал так: «…а что точно на сем месте был немалый город, доказывают его развалины, глубокие рвы между сказанных речек; а на горе высокие земляные валы и около их широкие рвы ж, которые означают четыре замка, из них три небольшие, а четвертый весьма довольного пространства…» [3].

Действительно,  это подтверждают и материалы исследований Грибова  Н.Н. [4].  Саровское городище было защищено пятью мысовыми укреплениями (рвы и валы). Причем, самая восточная линия укреплений, сохранявшаяся до середины 50-х годов XIX, имела  в длину более полутора километра. Эта линия была описана и обмерена председателем Тамбовской  губернской ученой архивной комиссии  (ТГУАК) Нарцовым А.Н. [5], совершавшим археологическую поездку по Темниковскому уезду  в 1901 году.

Итак,  поселение на Саровском городище (между западным и восточным рвами) была перегорожена еще тремя линиями рвов и валов. В результате,  поселение состояло из четырех площадок, изолированных друг от друга укреплениями. Такие площадки в краеведческой литературе получили название «городов». Размеры площадей «городов» на мысовой части были примерно одинаковыми (первого и второго с запада – по 15 тыс. кв. м.; третьего – 20 тыс. кв. м.). Четвертый «город», расположенный вне мыса на примыкающем к нему участке платформы береговой террасы, имел размеры 390 тыс. кв. м. То есть, был очень большим по сравнению с остальными (см. рисунок 1).

1-План городища Грибов 2002

Рисунок 1. План поселения на Саровском городище

По состоянию на 1949 год сохранявшийся вал и ров восточной линии укрепления имел в высоту 2-3.5 м., вершина его, шириной 3-4 м., была уплощена, ширина по подошве составляла 15-20 м. Ров, примыкающий к нему с восточной стороны, имел глубину в пределах 2-5 метров и ширину 12-20 м. Вблизи северного конца укрепления ров переходил в устье оврага, припойменное расширение которого было заболочено (см. рисунок 2). Этот вал и ров дает представление о размерах всех остальных, аналогичных по профилю  мысовых укреплений.

2-План исторической части города - 1949 год 001

Рисунок 2. Фрагмент плана города 1949 года с остатками рва (красный цвет) восточной линии укрепления

Из существовавших пяти мысовых укреплений (валы и рвы) ниже мы будем говорить о том, который был вторым с запада (разделял первый и второй «города») и находился в центре современной исторической части монастыря.

Но сначала завершим краткое знакомство с материалами работы Грибова Н.Н. После исследований погребений из некрополя Саровского городища  Грибов Н.Н. писал: «Археологическими раскопками установлено, что жизнь на поселении пресеклась в результате вражеского нападения. Саровская земля сохранила следы последней военной катастрофы: в культурном слое городища обнаружены незахороненные человеческие останки в виде разрозненных и фрагментированных костей. Некоторые из них имеют отчетливые следы ударов рубяще-режущего оружия. Обнаружены следы пожара, в огне которого погибли почти все обследованные конструкции и постройки. Судя по верхней границе датировки культурного слоя городища, гибель его произошла  в I половине XIII столетия.

Анализируя по письменным источникам политическую ситуацию того времени, сложно однозначно решить – чье войско решило судьбу поселения.  Кроме татаро-монгольских отрядов это могли быть дружины русских князей, которые активно воевали с мордвой как раз накануне нашествия. Страшный разгром, которому подверглось поселение, очевидно, стал причиной того, что место его, у слияния рек Саровка и Сатис, долгие годы оставалось пустым и не заселенным.

Ведь известно, что в сознании средневекового человека пустырь,  оставленный войной на месте селения со следами пожарища, с зачастую неубранными останками защитников, ассоциировался с обыкновенным кладбищем. Такова судьба Городца на Волге, городище которого после татарского набега 1408 года стали застраивать лишь в  XIX веке. Новую жизнь на Старое городище принесли с собой, обосновавшись на Саровской горе, русские иноки. Произошло это во II половине XVII столетия [6]».

Вернемся в наше время. Проводившийся археологами Московской фирмы «Симаргл» под руководством  Хворостовой Елены Леонидовны раскоп фундамента Успенского собора, позволил установить местоположение второго рва и нанести его на карту-схему  монастыря, представленную в работе [7]. Результат наложения трех первых (из пяти имевшихся) валов и рвов приводится на рисунке 3.

3-Первые три из Мысовых укреплений

Рисунок 3. Наложение трех первых (из пяти имевшихся)  валов и рвов на план Саровского монастыря. Примечание: красный цвет – вал укрепления, черный цвет – ров укрепления.

Подтверждает  результаты такого наложения  и котлован, подготовленный строителями при начале работ по восстановлению Успенского собора. Ниже представлена  фотография  северной  стенки котлована (см. рисунок 4). Здесь, под  почти метровым слоем (искусственно  насыпанном при создании парковой зоны в историческом центре  в начале  шестидесятых годов XX века), хорошо просматривается  верхняя часть трапецеидального профиля второго рва древнего городища. Ров был прорыт в прочном материковом (доломитовом) основании.

4-Ров 2

Рисунок 4. Верхняя часть трапецеидального профиля второго рва древнего городища

Вернемся к рисунку 3 и обратим внимание на тот факт, что мысовые укрепления, защищавшие первый «город» строились первыми (по Грибову Н.Н. — в XII веке) и поэтому (что вполне логично) относительно валов оказались  с разных сторон. У первого мысового укрепления – ров был западнее вала, а у второго укрепления — ров был восточнее вала.

Внутри этого первого «города» и было решено начать строительство Саровской обители. Западная ограда монастыря и врата расположились прямо на первом валу городища. «В 1706 году была возведена и освящена (16 июня) первая в Саровской пустыни церковь Живоносного Источника. Сразу вслед за церковью стали строиться на холме … жилые братские кельи, хозяйственные службы, общая трапезная и т.д. В 1708 году была освящена еще одна церковь – Преображения Господня … Эта новая церковь была большей по размеру, чем первая и располагалась недалеко от нее в юго-восточном углу «города» близ второго вала [8]».

В 1712 году от подошедшего к монастырю лесного пожара деревянные здания практически полностью (за исключением стоящей в центре церкви Живоносного Источника) сгорели.

Большими трудами, начиная с 1712 года, Саровский монастырь восстанавливался в деревянном виде. В ходе этих работ, к 1730 году был срыт второй вал и его грунтом был засыпан второй ров. Образовалась хорошо просматриваемая обширная площадка из двух «городов» (первого и второго) Старого городища. В 1730 году руководством и братией монастыря принято решение в центре этой получившейся площадки приступить к строительству первого каменного здания – церкви Успения Божией Матери.

Здесь важно сказать, что в дальнейшем на этой обширной площадке в первой четверти XIX века сформировался во всей красоте великолепный каменный ансамбль Саровского монастыря.

И еще здесь уместно показать самое старое изображение Саровской пустыни, которое было сделано художником в XIX веке на основе разных воспоминаний и, которое якобы относилось к 1764 году (см. рисунок 5). Этот рисунок публиковался в разных дореволюционных изданиях. Например, на странице 31 уже отмечавшейся работы Нарцова А.Н., опубликованной в Известиях Тамбовской ученой архивной  комиссии в 1902 году [9].

5-Саровская пустынь 1764

Рисунок 5. Вид Саровской пустыни в 1764 году

На этом рисунке можно увидеть ряд несуразностей. Так, деревянная колокольня у церкви Живоносного источника существовала до 1744 года, когда и была разобрана (поскольку в 1744 году была построена каменная колокольня близ каменной Успенской церкви). А представленная на рисунке церковь Иоанна Предтечи была построена и освящена в 1752 году. То есть, на рисунке  склеена ситуация,  положим, 1740 года и 1755 года. Но для нас важно отметить, что две вещи на рисунке  отражены совершенно верно. И в 1740 году, и в 1755 году, и в 1764 году, во-первых,  второй вал был уже срыт и переброшен во второй ров. Во-вторых,  западная ограда монастыря проходила по первому валу, сразу за западным рвом. Северная часть этого рва просматривалась  до начала XIX века, до момента завершения строительства  главной колокольни и двух двухэтажных корпусов келий по обе стороны от нее (см. рисунки 6 и 7).

6- Старинный Саров с С_З стороны

Рисунок 6. Саровский монастырь. Вид с северо-запада (рисунок в черно-белом изображении) с просматривающимся рвом перед  колокольней с  келейными  корпусами

7-Саров цветной с северо запада

Рисунок 7. Саровский монастырь. Вид с северо-запада (рисунок в цветном изображении) с просматривающимся рвом перед  колокольней с  келейными  корпусами

Но вернемся к анализу результата наложения бывшего рва второго мысового укрепления на карту-схему монастыря,

Полученный результат наложения показывает, что фундамент первой небольшой одноглавой каменной церкви Успения Божией Матери, строившейся 14 лет (начало строительства 1730 г, освящение церкви 25 августа 1744 г.) находился на мягком основании закопанного второго рва. Поскольку основной денежный взнос на строительство этой церкви Успения дал московский купец Демидов, в народе ее называли Демидовской церковью.

А вот фундамент пристроенного в 1770 — 1777 годах с запада к Демидовской церкви великолепного Успенского собора (см. рисунок 8), представлявшего по внешности некоторое подобие Великой церкви Киево-Печерской Лавры, оказался на двух, разных по прочности основаниях. С восточной стороны фундамент стоял на мягком, сброшенном с вала грунте, а с западной  стороны – на  прочном материковом (доломитовым) основании.

8-Успенский собор с Демидовской церквью 002

Рисунок 8. Успенский собор с восточной стороны. На переднем плане видна Демидовская церковь

Безусловно, строители собора учитывали эту ситуацию при устройстве фундамента собора. Но, к нашему большому сожалению, все же  (как показала  реальная жизнь) с расчетом прочности фундамента немного не рассчитали.

А очень, очень жаль. Ведь собор получился на славу (см. рисунок 9). Построенный по плану послушника обители Ивана Федорова (из калужских купцов), собор  имел с учетом купола, главы и креста  высоту 61 метр и вмещал несколько тысяч верующих.

9-Вид на храмы с колокольни 001

Рисунок 9. Вид на собор Живоносного Источника и Успенский собор с колокольни

Этот собор вошел в список архитектурных памятников XVIII столетия. В Тамбовской губернии пять храмов были построены по его подобию. В том числе «… Успенский  храм  в Вышенской пустыни (1785 г.), Казанский  храм в Тамбове  (1794 г.), Предтеченский храм в Трегуляевом монастыре (1799 г.) и другие.  Особенно необычным в Успенском соборе было то, что старая Демидовская Успенская церковь не была разрушена: большой новый храм был, как бы  пристроен к ней с западной стороны, и старая церковь стала его алтарем» [10].

Прекрасен собор был и изнутри. Его роспись была великолепна. В архиве монастыря хранятся письма академика живописи Ступина А.В. (см. рисунок 10), что говорит о тесных связях Саровской пустыни с художественной школой города  Арзамаса. В записках самого Ступина А.В.  среди перечня его работ есть и упоминание иконостаса в Успенском соборе Саровской пустыни.

10-A.V._Stupin_by_I.Makarov

Рисунок 10. Ступин Александр Васильевич (1776-1861), академик живописи, руководитель Арзамасской школы живописи

Впечатления великолепия производил на паломников резной позолоченный пятиярусный иконостас, высота которого в середине была 19 метров и 27 метров по краям [11]. По монастырским легендам алтарь собора делался по эскизам знаменитого зодчего Растрелли (см. рисунок 11).

11-алтарь - Иконостас Успенского собора 

Рисунок 11. Алтарь Успенского собора

В алтаре собора  находилась  чудотворная икона Успения Божией Матери – точная копия иконы Киево-печерской лавры (см. рисунок 12).

12 Икона Успения Богородицы Киев

Рисунок 12. Икона Успения Божией Матери

 

Но продолжим наше повествование.

Недостаточно точный расчет прочности фундамента Успенского собора, расположенного на двух разных основаниях, привел к тому, что собор со временем оказался в опасном аварийном состоянии.  Способствовали такому трагическому исходу некоторые внешние  воздействия на Успенский собор.

Первым воздействием стало стихийное бедствие, которое произошло 12 марта 1828 года, природа которого до конца неясна. В 12 часу дня во время службы, разразилась сильнейшая гроза с мощными разрядами молний над монастырем, сопровождавшимися сильнейшими ударами грома.

В Успенском соборе «…около среднего купола лопнули три связи, … из чего заключили, что это были легкие подземные удары, ибо в то время во всех окнах трещали рамы. В первые годы после того вверху западной стены храма заметна стала и трещина…[12]».

Указанные повреждения возможно действительно были следствием небольшого локального землетрясения. Но возможно и следствием воздействия на стены собора сильных ударных волн от мощных грозовых разрядов. Что бы это ни было, фундамент храма, скорее всего, сделал небольшое проседание на месте бывшего рва. Однако, несмотря на имевшиеся повреждения, Успенский собор после этого почти 80 лет стоял крепко. Лишь  в 1905 году, после очередной мощной грозы, помня историю 1828 года, монахи для страховки укрепили западную стену собора  железными стяжками.  Но  в 1927 году сложилась ситуация, которая прервала передачу информации о проблеме  с фундаментом  Успенского храма последующим поколениям жителей Сарова.  Саровский монастырь был закрыт,  все монахи выселены.  На их место  пришли иные люди, так как  на  территории  монастыря была создана коммуна для беспризорников.

К моменту появления  в Сарове в 1946 году строителей  КБ-11 и его первых  сотрудников, о проблемах с фундаментом Успенского собора уже никто не знал. В Сарове жили другие люди. Внутренняя красота  Успенского собора была  утрачена. Однако архитектура собора в сочетании с гармоничностью монастырских построек (даже со сбитыми куполами и главами, с убогостью дорог  и заборов прилегающей площади, разрушенным алтарем демидовской церкви), была еще величественна и красива (см. рисунки 13, 14).

13-Успенский собор взапада 1945 год

Рисунок 13. Вид на  Успенский собор  и прилегающую к нему площадь  в 1945 году с западной стороны

14- вид Успенского храма с восточной стороны 001

Рисунок 14 – Вид на  Успенский собор в 1945 году с  восточной  стороны

Но руководство ПГУ (начальник — Ванников Б.Л., первый заместитель начальника  — Завенягин А.В.)  были далеко от этой величественной красоты,  они не могли  из Москвы  ощущать  эту картину своей  душой.  «Ожидать от Ванникова или Завенягина запрета на проведение уничтожения собора было бы утопией. Эти люди жили в очень жесткой «системе координат», мыслили теми представлениями, которое сформировало у них Время. А оно диктовало одно – прошлому нет места в нашей жизни [13]».

Поэтому из Москвы ими было дано задание  Анискову В.И., тогдашнему начальнику управления строительства № 585 и исправительно-трудового лагеря в Сарове, снести в 1949 году собор способом подрыва. Для чего  в 1948 году, готовя титул  строительства КБ-11 на 1949 год, руководство ПГУ заложило на снос собора  средства в сумме 300 тысяч рублей.

Анисков В.И. запросил у начальника объекта Зернова П.М.  выдачу разрешения на производство взрывных работ. Но  у Зернова П.М., который  жил в Сарове и ходил мимо величественного  собора, не было желания поднимать руку  на Успенский собор. Поэтому он рекомендовал Петрановскому Л.Л., главному инженеру УКСа КБ-11  тянуть время с вопросом о выдаче  разрешения на взрывные работы по уничтожению собора, отделываться  отписками с надеждой  на то, что руководство ПГУ передумает уничтожать собор.  Как видно из документов,  Петрановский Л.Л. успешно отписывался и не давал разрешение на взрыв собора. Примером может служить его письмо в адрес  Анискова  В.И. от 9 декабря 1949 года [14]. Анисков В.И. (видя, что КБ-11 разрешение на снос собора с помощью  взрывных работ  не дает)  письмом от 23 декабря 1949 года за номером 19697 “с”  сообщил об этом  в ПГУ. Реакцией на сообщение, поступившее  от  Анискова В.И., стало  письмо  заместителя начальника ПГУ Александрова А.С.  (будущий начальник КБ-11)  от 16 марта 1950 года, направленное Зернову П.М  со вторичным  указанием  уничтожить  собор.  Но раз  с помощью взрыва не удается, уничтожить  механизированным способом  [15].

Однако к тому моменту план Зернова П.М. уже  сработал!  Случилось так, что с одной стороны ПГУ повторно, уже в титул 1950 года, заложило средства  на снос Успенского собора механизированным способом в сумме 1140 тысяч рублей.  А с другой стороны стало требовать от 4-го управления ПГУ  (начальник – Соловьев А.Т.) и отделов капитального строительства Управлений ПГУ категорического  исполнения  изданного  14 апреля  1949 года и, по-видимому,  исполнявшегося ни шатко,  ни валко  Приказа по ПГУ № 189с «О мероприятиях по устранению излишеств  в  проектировании и строительстве [16]».

Прибывший в январе 1950 года в КБ-11 с проверкой выполнения указанного Приказа начальник отдела капитального строительства ПГУ  Самарин А.Г., проанализировал ситуацию с Успенским собором и в письме, направленном в адрес Соловьев А.Т. сообщил следующее: «Обращает на себя внимание то обстоятельство, что перекрытие, стены и фасады собора находятся в хорошем состоянии. Примечание: по одной из стен собора проходит трещина от карниза до перемычки окна первого этажа. Эта трещина находится в покое третье столетие, т.к. своевременно были положены металлические связи. Здание собора вполне могло быть использовано под торговые или общественные помещения. Например, здание собора могло быть использование под универмаг, библиотеку, книгохранилище, включенные в титул капитальных работ на 1950 год. Считаю непроизводительные затраты по сносу собора (1140 тысяч рублей) из титула 1950 года исключить. Просите руководства Главка об оставлении здания собора и реконструкции его под торговые или общественные помещения [17]».

Получив указанное письмо, Соловьев А.Т. добился  у руководства ПГУ к лету 1950 года отмены расходования средств  на уничтожение собора.  Вот почему на письмо  Александрова А.С.  (будущего начальника КБ-11) с указанием  уничтожить  собор  механизированным способом, руководство КБ-11  не отреагировало.

Так  и получилось, что  c середины 1950 года и до середины 1951 года (почти  год!) Успенский собор  стоял спокойно, никто его не задевал.

Если бы  Зернов П.М. знал  о проблемах с фундаментом Успенского собора! Конечно, он бы его в 1950 году спас, найдя возможность  наложить металлические стяжки  вокруг стен  собора  и тем самым защитить его от имевшегося  воздействия  сейсмических и ударных волн при проведении взрывных работ на объекте. Но о том, что фундамент собора стоит на двух разных по плотности основаниях он  знать не мог.  Да и никто из жителей Сарова  в то время этого  уже не знал.

Как результат —  сохранить Успенский собор так и не удалось. Дело в том, что 14 февраля 1950 года Советом Министров СССР было принято Постановление № 591-236сс/оп «О плане научно исследовательских и конструкторских работ КБ-11 [18]».

Решением этого Постановления перед КБ-11 ставилась задача до 1 января 1951 года создать усовершенствованный образец бомбы РДС-1М с массой 3.0 – 3.2 тонны, но равной с РДС-1 мощности. Для разработки нового заряда  специалистами КБ-11 в течение 1950 года и первой половины 1951 года «…под руководством  Щелкина К.И. был проведен большой объем взрывных работ [19]».

Значительное число взрывных экспериментов привело к частым воздействиям на здание и фундамент собора за счет сейсмических сотрясений и, главным образом, за счет  действия ударных волн, возникающих при подрывных работах. Этих активных воздействий  фундамент Успенского собора, стоящий на двух разных основаниях, не выдержал и просел по линии стыка разных по плотности оснований. Состояние собора стало угрожающим.

Прибывший на объект  Александров А.С. (бывший заместитель начальника ПГУ, в начале 1951 года заменивший Зернова П.С. на должности  начальника  КБ-11),  летом  увидел опасность аварийного состояния собора и срочно  попросил  у  руководства ПГУ разрешение на разборку бывшего Успенского собора с помощью взрывной технологии.

В письме Александрова А.С.  от 12 июня 1951 года сообщается: «Докладываю, что здание бывшего собора в угрожающем состоянии, с юго-восточной стороны стена дала новую вертикальную трещину снизу доверху, которая с каждым днем увеличивается, по мнению наших экспертов от сейсмических сотрясений и ударных волн, возникающих при подрывных работах.

         В связи с этим нами приняты следующие решения:

  1. Закрыть дорогу между зданием собора и театром для прохода пешеходов и проезда всех видов транспорта.
  2. Прекратить всякого рода взрывные работы на наших полигонах.
  3. Приступить немедля к подготовке подрыва здания собора.

 

В связи с тем, что производить разборку здания собора обычным старинным методом уже опасно, нами принято решение подорвать четыре внутренние колонны собора с тем, чтобы все пять глав собора обрушились внутрь здания без разрушения стен.

         Работы по подрыву здания нами поручено проводить тов. Мальскому А.Я., имеющему право на проведение таких работ.

         Прошу вас:

  1. Поручить производство всех подготовительных работ к взрыву собора по проекту тов. Анискова В.И. силами заключенных.
  2. Срочно прислать нам экспертов, которые могли бы дать оценку намеченным работам или еще лучше опытных взрывников, которые осуществили бы подрыв собора [20]».

Вскоре после этого письма  (в июле-августе 1951 года)  Успенский собор был  с помощью подрывов  уничтожен. Точная дата подрыва Успенского собора  на сегодняшний день не установлена. Известно только, что  довольно «…оперативно была создана группа из офицеров инженерных войск в составе Повышева Н.С., Шумейко Н.Е., Михеева И.П. Непосредственное руководство организацией и поведением подрыва Успенского собора осуществлялось Ломинским Г.П. [21]».

Взрывниками  вначале было решено подорвать четыре столпа (которые поддерживали купол) так, чтобы главный купол, четыре главки и стены упали внутрь собора. После проведения подготовительных работ  произвели  первый подрыв. Но стены собора устояли. Пришлось дополнительно подрывать железные стяжки, удерживающие стены собора, а затем разбирать стены  вручную. Большие части стен собора, сохранившиеся после взрывов, разбирали на кирпичи для постройки частных домов. Негодные для разбора развалины  собора и кучи мусора вывозили на засыпку оврагов.

В настоящее время началось  активное восстановление Успенского собора. Пройден начальный этап – под новый фундамент собора залита сплошная  плита из бетона толщиной 80 сантиметров.  На этой  плите  из  железобетонных блоков уже заложен непосредственно  фундамент  восстанавливаемого собора. Через два года саровчане воочию увидят то, что погибло в 1951 году.

В заключение статьи отметим еще один факт из истории  архитектуры  Саровского монастыря.

24 июня 1954 года на объекте было взорвано каменное здание  бывшей теплой соборной церкви во имя Живоносного источника (см. рисунок 15). Эта церковь была  построена в период 1748-1758 годов. Построена она была на месте существовавшей  там ранее деревянной церкви (того же названия), но с некоторым  смещением к  середине монастырской площади. Поскольку данная церковь, в отличие от Успенского собора, была  построена   «теплой» и там шли службы зимой, ее еще называли “зимний собор».

Материалов о переписке  между КБ-11 и ПГУ (преобразованного к тому времени в Минсредмаш) по взрыву «зимнего собора»  в рассекреченных документах найти не удалось. Это позволяет  предположить, что явных предпосылок  к взрыву указанного здания  не существовало. Действительно,  здание  церкви внешне ощущалось больше как приземистое, чем вертикальное (длинна 34 метра, ширина 15 метров, высота вместе с куполом и крестом 43 метра). Стояло оно  изначально на прочном материковом  основании. И, следовательно, воздействие ударных и сейсмических волн  от взрывных работ на объекте могло успешно выдерживать.

15-Храм Живоносного источника 001

Рисунок 15 – Вид на  соборную церковь Пресвятой богородицы и Ее Живоносного Источника  («зимний собор»)

Значит причины того, что  назначенный  в 1951 году начальником КБ-11  Александров А.С.  отдал приказ о взрыве здания (в котором в том момент размещалась столовая, и которое никакого отношения к религии  тогда  уже не имело и  воспринималось  просто,  как памятник архитектуры) была совершенно в  другом. Он,  как и  Ванников Б.Л.,  и Завенягин А.В., и многие другие  руководители той эпохи, также жил в революционных координатах  — «прошлому нет места в нашей жизни».  Но почему они оказались поражены духом разрушительства своей истории?  Ответ на этот вопрос, скорее всего, надо искать  в недостаточном знании  отечественной  истории.  К глубокому сожалению, в своем  детстве, перед революцией,  многие будущие руководители послевоенных лет  (включая Ванникова Б.Л., Завенягина А.В., Александрова А.С.  и др.) не имели возможности получить среднего образования.  А  в тот момент, с 1909 по 1918 годы, лицеисты всей России  в рамках курса  средней школы изучали русскую историю по учебнику (см. рисунок 16) профессора Платонова С.Ф.: «Учебник русской истории для средней школы. Курс систематический [22]».

 16-Учебник Платонова 001

Рисунок 16 – Учебник русской истории Патонова С.Ф. 1994 год (повтор  текста 10-го издания, вышедшего в 1918 году)

 В  своем учебнике  профессор (позднее — академик) Платонов С. Ф.  представил карты территории России  начиная с IX  века. В том числе, там была  и карта России  XIX века  с указанием всех губернских и частично уездных городов. На этой карте  все лицеисты России могли видеть  название Саров (см. рисунок 17).

17-Фрагмент карты Платонова 00117-Фрагмент карты Платонова 001

Рисунок 17 – Фрагмент карты России XIX века из учебника русской истории  профессора Платонова С.Ф. Между Н.Новгородом и Симбирском на карте нет Арзамаса, Саранска, Темникова, Касимова и других, богатых историей и весьма известных  городов. Но есть  Саров!

При этом, все  лицеисты России знали, что  Саров — это не город.  Города  здесь нет, а есть  только  монастырь.  Монастырь, имеющий для России немеркнущее духовное значение. Монастырь, являющийся университетом русского монашества и российского  православия. Именно для того, чтобы все  россияне знали, где этот монастырь находится, он  и был нанесен  на карту России XIX века. Таков был статус и  такова была значимость Саровского монастыря для России. К сожалению,  не учившимся в средней школе  до 1919 года (с учебного 1919 года учебник был  изъят) об этом  известно не было.  Поэтому посягнуть на Саровский монастырь  руководителям послевоенного времени, не знакомым с учебником русской истории Платонова С.Ф., как оказалось, ничего не стоило.

Заменивший 4 июня 1955 года Александрова А.С.  на посту руководителя КБ-11 новый директор Музруков Б.Г. в годы своей  учебы в средней школе познакомился с  учебником  русской истории  профессора Платонова. Поэтому о Сарове знал. А оказавшись в нем, помог сохранить для последующих поколений жителей то, что  ныне  является визитной карточкой  нашего города — колокольню Саровского монастыря.

Но это другая история, которая будет представлена в следующей статье.

 

Библиография (источники)

 

  1. Грибов Н.Н. Отчет о работе разведотряда экспедиции Нижегородской археологической службы в исторической части г. Архзамас – 16 Нижегородской области в 1993 году. Архив института Археологии РАН.
  2. Грибов Н.Н. Саровское городище (по материалам археологических раскопок 1993-1995 гг.). Саров. Типография ЭМЗ «Авангард”, 1996.
  3. Маркеллин (игумен). Краткое историческое описание Саровской пустыни. М.,
  4. Грибов Н.Н. Средневековое городище на месте бывшего Саровского монастыря. // Сборник «Древности Нижегородского Поволжья». Выпуск I. Н.Новгород, 1997, стр. 31-58.
  5. Нарцов А.Н. Археологическая поездка по Темниковскому уезду в августе 1901 года // Известия Тамбовской ученой архивной  комиссии, вып. 46, Тамбов, 1902.
  6. Грибов Н.Н. Погребение камерного типа из некрополя Саровского городища.  // Сборник «Нижегородские исследования по краеведению и археологии».  Н.Новгород, Нижегородский гуманитарный центр, 1999, стр. 48-67.
  7. Подурец А.М. Саров: памятник истории, культуры, православия.- Н.Новгород, ТОО «Образ», 1998, страница 158.
  8. Подурец А.М. Саров: памятник истории, культуры, православия.- Н.Новгород, ТОО «Образ», 1998, страница 125.
  9. Нарцов А.Н. Археологическая поездка по Темниковскому уезду в августе 1901 года, стр. 31 // Известия Тамбовской ученой архивной  комиссии, вып. 46, Тамбов, 1902.
  10. Подурец А.М. Саров: памятник истории, культуры, православия.- Н.Новгород, ТОО «Образ», 1998, страница 136-137.
  11. Подурец А.М. Саров: памятник истории, культуры, православия.- Н.Новгород, ТОО «Образ», 1998, страница 138.
  12. Подурец А.М. Саров: памятник истории, культуры, православия.- Н.Новгород, ТОО «Образ», 1998, страница 137.
  13. Негин Е.А., академик (руководитель коллектива авторов); Голеусова Л.П., к.и.н.; Куличков Г.Д.; Максименко П.П.; Окутина Г.С. Советский атомный проект.  Конец атомной монополии. Как это было… — 2-е изд., исправл. и доп. — Саров: РФЯЦ-ВНИИЭФ,  2011, стр.105.
  14. История создания ядерного оружия в СССР. 1946-1953 годы (в документах). Том 2. Книга 2. «Организация и кадры решают все» /Ответственный составитель Пелипенко А.Д. / Саров (Арзамас -16), 2000, стр.196.
  15. История создания ядерного оружия в СССР. 1946-1953 годы (в документах). Том 2. Книга 2. «Организация и кадры решают все» /Ответственный составитель Пелипенко А.Д. / Саров (Арзамас -16), 2000, стр.199.
  16. История создания ядерного оружия в СССР. 1946-1953 годы (в документах). Том 2. Книга 2.  «Организация и кадры решают все» /Ответственный составитель Пелипенко А.Д. / Саров (Арзамас -16), 2000, стр.91-92.
  17. История создания ядерного оружия в СССР. 1946-1953 годы (в документах). Том 2. Книга 2. «Организация и кадры решают все» /Ответственный составитель Пелипенко А.Д. / Саров (Арзамас -16), 2000, стр.197-198.
  18. Атомный проект СССР. Документы и материалы: В 3 т. / Под общ.ред. Л.Д.Рябева. Т.II. Атомная бомба. 1945-1954. Книга 7 / Г.А.Гончаров (отв. исполнитель), П.П.Максименко. М.: Наука; Физматлит; Москва-Саров; РФЯЦ-ВНИИЭФ, 2007, стр.  28-30.
  19. Куличков Г.Д. ВНИИЭФ. Исторический очерк (1946 — 1992). – РФЯЦ-ВНИИЭФ, г.Саров, стр. 53.
  20. История создания ядерного оружия в СССР. 1946-1953 годы (в документах). Том 2. Книга 2. «Организация и кадры решают все» /Ответственный составитель Пелипенко А.Д. / Саров (Арзамас -16), 2000, стр.199-200.
  21. Негин Е.А., академик (руководитель); Голеусова Л.П., к.и.н.; Куличков Г.Д.; Максименко П.П.; Окутина Г.С. Советский атомный проект.  Конец атомной монополии. Как это было… — 2-е изд., исправл. и доп. — Саров: РФЯЦ-ВНИИЭФ,  2011, стр.105.
  22. Платонов С.Ф. Учебник русской истории для средней школы — СПб.,  (1-е издание — 1909, 10-е издание – 1918).

К этой записи 16 комментариев

  • А. М. Подурец А. М. Подурец:

    Ради объективности должен сказать, что Е.Л.Хворостова считает, что древний ров находился в другом месте, не в том, где его помещают авторы этой статьи. По её мнению, ров был ближе к колокольне. Но тоже прямо под собором, так что эта разница в локализации не меняет выводов работы.

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Друзья! Ваш материал ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ИНТЕРЕСЕН!
    Но, к сожалению, изобилует субъективными «легендами и мифами»!

    Цитата:
    «В заключение статьи отметим еще один факт из истории архитектуры Саровского монастыря.
    24 июня 1954 года на объекте было взорвано каменное здание бывшей теплой соборной церкви во имя Живоносного источника».

    Ну, скажите, ОТКУДА ВЫ это взяли!? 🙂

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Открываем книжку Н. Н. Безнасюка: «ЗАПИСКИ ГЛАВНОГО ИНЖЕНЕРА ИЛФИ» стр. 12-13. Воспоминания по поводу его приёма в комсомол…
    «На площади уже всё было готово к подрыву последнего портала храма Иконы Божьей Матери «Живоносной источник». В здании напротив, где временно располагался Горком комсомола, завершился торжественный приём в комсомол учеников школы № 1, среди которых был и я. Когда мы, возбуждённые, спустились в фойе первого этажа, в это время прозвучала сирена третьего сигнала перед подрывом. Стояла тёплая МАРТОВСКАЯ (выд. Ал. Д.) погода. Я поравнялся со стеклянной дверью подъезда, раздался оглушительный взрыв на площади, и прямо на меня полетел огромный кирпич, который со звоном выбил стекло, и на нас, пригнувшихся комсомольцев, посыпалось разбитое стекло подъездной двери. «Вот это залп новорождённым комсомольцам!» — подумали мы, не успев испугаться. Дома я записал это событие в свой дневник, который начал вести с 1954 года. ЗАПИСЬ ПОТОМ СТАЛА ЕДИНСТВЕННО ДОСТОВЕРНОЙ ДАТОЙ ЭТОГО ИСТОРИЧЕСКОГО СОБЫТИЯ В ЛЕТОПИСИ Г. Д. Куличкова (выд. Ал. Д.) 🙂
    Т. е. снос «Верёвочки» был в марте 1954 года!? 🙂

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Не поленился, посмотрел СПРАВОЧНИКИ Куличкова…

    В первом издании, 2001 год , стр. 36:
    «14.09.54
    По решению руководства объекта на бывшей монастырской площади взорвано здание бывшего зимнего собора Саровского монастыря».

    Во втором издании, 2004 год, стр. 31:
    «04.10.54
    По решению руководства объекта на бывшей монастырской площади взорвано здание зимнего собора Саровского монастыря».

    ВОПРОС НА ЗАСЫПКУ после всего ЭТОГО…
    Когда была реально взорвана «Верёвочка»?
    В марте, июне, сентябре или октябре 1954 года!? 🙂

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Думаю, Николай Николаевич Безнасюк по записи в своём ДНЕВНИКЕ и КОМСОМОЛЬСКОМ БИЛЕТЕ, наконец, сообщит краеведам точную дату сноса «Верёвочки»… 🙂

    А если серьёзно, НАДО ПРОСТО провести работу по рассекречиванию документов по сносу ЗИМНЕГО СОБОРА! УЖЕ ПОРА!!!

    1. Валерий Валерий:

      Память людская часто подводит, даже известных людей. Версия Безнасюка — это только версия. Принимать её во внимание, конечно надо. Но опираться только на неё — слабовато. Нужны архивные данные.
      А ты читал книгу Степашкина «Зона особого строительства»? Там дата 23.06.1954 (сноска на стр.43). И на основании архивных данных, правда несколько необычных. Но по ним более поздние даты взрыва собора точно отпадают!

      1. Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

        Читал, читал! Так вот там ссылка на наших сотрудников- взрывников, как и у ЯКОБЫ Негина… (На самом деле за «Негина» мифотворчеством в книге [21] занимался всё «тот же редактор Куличков»… см. мой Очерк о моей МАМЕ).
        Цитата:
        «Вскоре после этого письма (в июле-августе 1951 года) Успенский собор был с помощью подрывов уничтожен. Точная дата подрыва Успенского собора на сегодняшний день не установлена. Известно только, что довольно «…оперативно была создана группа из офицеров инженерных войск в составе Повышева Н.С., Шумейко Н.Е., Михеева И.П. Непосредственное руководство организацией и поведением подрыва Успенского собора осуществлялось Ломинским Г.П. [21]».

        Повышев Н. С. и Ломинский Г. П. уехали затем на Новый объект… Кстати Повышев ещё жив — ПОЧЁТНЫЙ ГРАЖДАНИН СНЕЖИНСКА! У Степашкина есть в личном архиве от него письмо на трёх листах об этих событиях, но предать это письмо гласности Валентин почему-то не спешит…

        1. Валерий Валерий:

          В огороде — бузина, а в Киеве — дядька!
          Я тебе про «верёвочку», а ты нам про Успенский собор!
          Давай всё-таки по заявленной тобой ранее теме — «ближе к телу», как говорится!

          1. Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

            Хоть о «бузине», хоть о «дядьке»!

            На сегодня мы, как краеведы Сарова, не знаем ни даты сноса «пятиглавки», ни даты сноса «верёвочки»!
            Сплошной «разнобой» в показаниях якобы «свидетелей»…

            ВЫВОД ПРОСТОЙ — НУЖНЫ ДОКУМЕНТЫ О ПОДРЫВЕ главных храмов Саровской Пустыни! 🙁

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Для меня очевидно! Надо опубликовать, наконец, материал:

    «Снос Успенского собора в документах, — как это было!»

    1. Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

      Алексей Михайлович!
      Материал «Снос Успенского собора в документах, — как это было»- готов для размещения на сайте!
      Завтра передам при встрече!

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Цитата:
    «В архиве монастыря хранятся письма академика живописи Ступина А.В. (см. рисунок 10), что говорит о тесных связях Саровской пустыни с художественной школой города Арзамаса. В записках самого Ступина А.В. среди перечня его работ есть и упоминание иконостаса в Успенском соборе Саровской пустыни».

    Друзья! Дайте ссылочку, пожалуйста! 🙂

  • Валерий Валерий:

    Лёша П. — исправь опечатку в середине материала. После рис.14 в абзаце между ссылками [14] и [15] стоит 1943 год. Наверное, всё-таки, 1949!

  • А. М. Подурец А. М. Подурец:

    На статью сослался сайт sarov.net^
    http://www.sarov.net/news/?id=32692

    1. Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

      Алексей Михайлович!
      Стало заметно, — тебя радует, что «малолетки с саровнета» читают наш сайт и «передёргивают на свой лад к себе»…

      «Радуюсь» вместе с тобой! Значит не зря мы работаем… 🙂

  • Ал. А. Демидов Ал. А. Демидов:

    Освежил в памяти книгу М. Ф. Шемяковой «САРОВ моего детства»!
    Расстроился!

    Пишет БЕЗ ТЕНИ СОМНЕНИЯ, что «Пятиглавка» была взорвана летом в 1950 году ранним утром…

    Как после этого доверять человеческой памяти?…

    Да ещё какие-то «выдумки» добавляет — «взорвали для изучения направленного взрыва»…

    Откуда у детей Сарова 50-х гг. такие «сведения»?

    Да-а-а, сильно расстроился… 🙁

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>